Вскоре показались невысокие здания. Посёлок был мал, всего в нём было около двух сотен домов. Все здания в городе несли на себе следы близости кислотного озера: покрытые распушившейся ржавчиной водосточные трубы, облезлый рассыпающийся пластик и белесые потёки на стёклах. В городке стояла мёртвая тишина, лишь шальной ветер стучал распахнутыми дверьми и скрипел петлями оконных ставен. Это место вызывало неприятные ощущения.
Они медленно двигались, по разрушенному временем, кислотными осадками и ветром асфальту, то и дело оглядываясь и всматриваясь в каждое тёмное пятно или тень. Микки дрожала, по её коже бегали мурашки. Девочка прижалась к Дане и обхватила её за талию. Патрик поднял с пола камень и шёл впереди девочек, готовый защищать свою госпожу. Рональд повесил гитару за спину, освободив руки. Что-то витало в воздухе, живой удушающий почти осязаемый страх, он проникал повсюду и вызывал стойкое желание убраться из этого гиблого места как можно дальше. Даже Живчик, до того весело лаявший, затих и не издавал ни звука.
Путники прошли несколько кварталов. Впереди на перекрёстке возвышался двухэтажный дом с широкой верандой. Возле здания на тротуаре лежали чёрные мусорные пакеты. Весь асфальт под пакетами был залит чем-то тёмным. Запах путники почувствовали стразу и по мере того, как они приближались к зданию, он усиливался. Когда до крыльца оставалось не более десяти метров Рональд вдруг забежал вперёд и развёл руки в стороны, преграждая путь остальным. Он выпучил глаза, выставил сжатые зубы и очень осторожно прошипел: “Тщщщ.”
– Что случилось? – спросила Дана.
– Там, – музыкант указал на громадную кучу мусорных пакетов, – это не мусор.
– А что? Ты думаешь это…
Все притихли и стали внимательно всматриваться в тёмную лоснящуюся кучу. В пакетах действительно было что-то не так. Вдруг из одного из соседних домов послышался тихий свист. Дана посмотрела в сторону откуда слышался звук и увидела фигуру человека. Сгорбленный седовласый старик манил их пальцем, приглашая войти в дом. Путники осторожно, почти на носочках двинулись к старику. Когда все вошли мужчина затворил дверь.
– Нужно спуститься в подвал, – сказал старик, – там безопасней. За мной.
Старик приподнял половицу и открыл дверцу в подвал. Все спустились. В подвале было прохладно и воняло плесенью. Дед включил лампу, питающуюся от автомобильного аккумулятора, стоявшего на полу.
– Ну, так, – сказал старик деловито, – давайте знакомиться. Меня зовут Лука, я живу здесь всю свою жизнь, мои родители были первыми переселенцами. За вами, сразу скажу – должок! Вы наверняка поняли, что та куча мусора у особняка Луиджи Карбоне вовсе не то, чем кажется? Ещё пара шагов и от вас бы осталась алая лужа, да пару кусков плоти, так же, как и от того придурка, который шёл здесь до вас. Я не успел его предупредить, и он сгинул. Зато оставил мне пару кусков хлеба и карабин. Правда карверы чихали на пули, – мужчина вынул из тёмного угла ружьё, отошёл к стене и направил оружие на гостей, – а вот вам нет. Говорите, кто такие и чего тут шляетесь.
– Оу! Дедушка, спокойно! – Рональд поднял руки вверх, – Мы просто проходили мимо, нам проблемы не нужны.
– Ага, все вы так говорите, а потом крадёте что-нибудь! У меня и так ничего нет, а на днях кто-то утащил генератор с моего ветряка. Теперь чтобы зажечь лампочку, надо целых три часа ручку крутить, а у меня уже возраст, знаете ли.
– Я обещаю вам, что мы не возьмём ничего из ваших вещей, – сказала Дана, – Нам бы убраться отсюда, да поскорее.
– Не получится, – захихикал дед и поднял дуло карабина вверх, – тут карверов, как говна. Если только вы летать не умеете. Кстати, посмотрите на мой трофей, – дед подошёл к чему-то накрытому большим вязанным пледом. Он сдёрнул плед и все от неожиданности и испуга охнули и дёрнулись в сторону – на них уставилась огромная зубастая пасть карвера. Только поняв, что чудище представлено лишь головой без тела, гости понемногу успокоились.
– Откуда вы взяли эту мерзость? – поинтересовался Патрик.
– Убил.
– Как? – удивилась Дана.
– Просто, – отрезал дед, – позже расскажу. Сейчас важно другое, а именно условия вашего пребывания на моей земле и размер платы за это самое пребывание.
– Чего? – вскипел Патрик, – А не пошёл бы ты, старый пень! Я вот сейчас заберу у тебя ружьё и засуну тебе его в задницу.
Патрик попробовал выполнить своё обещание, но старик оказался не робкого десятка, к тому же в его руках была сила которой заподозрить в нём было никак нельзя. Дед схватил парня за руку и ударил прикладом карабина в лоб. От удара Патрик упал на задницу, а дед, недолго думая нанёс ему второй удар прямо в переносицу. Кровь, хлынувшая из носа и губ, залила лицо и руки молодчика.