Ночью это место не выглядело особенно веселым или процветающим. Автостоянка почти пустовала, пуста была и небольшая будка охранника у шлагбаума, надпись на котором гласила: «Только для постоянных жильцов. Посторонним вход воспрещен!» В окнах некоторых трейлеров горел свет.
С правой стороны приветливо мерцали отдаленные огоньки порта и гавани. Домики старой береговой охраны, заново побеленные и покрашенные, четко выделялись на фоне темного дерна. Главные признаки жизни наблюдались здесь. Крайняя часть здания, бывшего когда-то сторожевым пунктом береговой охраны, днем функционировала в качестве солярия, а вечером — в качестве бара. Над увеличенной в размерах дверью красовалась надпись старинными буквами: «Ромовая дыра».
Туристы пили у стойки бара или сидели за небольшими плетеными столиками. На Мартина никто не обратил особого внимания, за исключением бармена, — смуглый и сильно немолодой, тот выглядел иностранцем. Говорил он с заметным французским акцентом. Его лицо показалось Мартину смутно знакомым, хотя, сколько он ни напрягал память, не мог вспомнить, где он видел его раньше. Француз был вежлив, но насторожен, и Мартин подумал: не узнал ли бармен его тоже? Однако он промолчал и, забрав со стойки свое пиво, уселся на стул в самом углу, подальше от все увеличивающегося потока посетителей. Теперь можно было оглядеться.
Люди здесь были главным образом среднего возраста, большинство из них говорили с северным акцентом. В это время года такое было вполне нормально. Многие приехали сюда из промышленных районов. Морщинистый старичок в фуражке вошел в бар, осмотрелся и уселся на стул рядом с Мартином.
— Как поживаете? — кивнул он Мартину по-свойски.
— Добрый вечер! — ответил тот.
— Вы из местных?
Мартин ответил, что живет на старом причале.
— Ну конечно! Теперь я узнал вас — вы работаете на пароме.
— Верно. — Мартин подумал, что у него появилась хорошая возможность узнать о нынешней обстановке в старой береговой охране, и спросил как бы к слову: — А вы здесь отдыхаете?
— Да, вместе с моей хозяйкой, — кивнул старик. — Она рано легла спать. Слишком много ходила сегодня.
— Нравится вам здесь?
— Да, знаете, здесь тихо. Слишком тихо. Это подходит нам, старикам, но не молодым — они не могут даже попасть к морю, пока не прошагают весь путь до того места, где вы живете. И потом, эти скалы небезопасны. Их нужно обнести проволокой. Конечно, нас предупредили. И еще хозяин повесил объявление о необходимости держаться от них подальше.
— Кто повесил?
— Хозяин. Военный малый, я его редко вижу. Всеми делами тут заправляет бармен. Моя жена в восторге от того, что француз помогает ей проматывать состояние ее матушки.
Мартин задумчиво разглядывал свой стакан.
— Как его звать?
— Здесь все зовут его Альфонсом, но я считаю, что это не настоящее его имя. — Старичок допил свое пиво. — Нет, здесь на самом деле слишком тихо. Для таких стариков, как я, это подходит. Но моя старуха жалуется, что здесь нечего делать, нет никаких развлечений. Выпьете еще чего-нибудь?
— Нет, спасибо, мне пора возвращаться, мой напарник ждет меня.
Мартин попрощался со стариком и вышел из «Ромовой дыры». Он склонялся к тому, чтобы прогуляться по округе, даже несмотря на то, что явно относился к числу «посторонних лиц». Вряд ли Мартин понимал, что ожидал здесь обнаружить, но он чувствовал, что необходимо хорошенько обследовать это место. Он обернулся и посмотрел на склон, где когда-то его отец собирался разводить свиней и кур.
Впереди над морем возвышались отвесные скалы. Возможно, когда-нибудь, через много лет, земля под пещерами даст трещину, и часть скалы отколется и рухнет вниз на пляж. Раньше на этом побережье такое случалось.
Вдруг Мартин почувствовал, что сзади кто-то идет. Он медленно повернул голову — это был бармен.
— Вы здешний житель, мсье?
Мартин проигнорировал этот вопрос.
— Сегодня у вас очень тихо. Так бывает каждый вечер?
Бармен повторил свой вопрос, и опять он остался без ответа.
— Я хотел бы заинтересовать вас одним деловым предложением. Я совладелец парома в гавани, мы обслуживаем многих приезжих…
Даже в слабом сиянии луны, слегка усиленном светом, падавшим из окон «Ромовой дыры», было заметно, что француз настроен подозрительно. Он держался напряженно и даже слегка угрожающе. Но после слов Мартина заметно расслабился:
— Возможно, вы хотите встретиться с мсье Грэнтли?