- Но как вы догадались?
Он улыбнулся своей загадочной улыбкой.
- Интуиция.
- Фан, скажите, ваш напиток долго действует?
- Часа два. А что?
- А вы сами не видели? Зуа ваш рецепт оценила по достоинству. Голова после него не болит, не знаете?
- А должна? - Он явно удивился.
- Понял.
Рани сидела за столом, терпеливо ожидая, когда я закончу родительское брюзжание.
- Если бы я не знала, кто вы оба, и откуда…- задумчиво сказала она, когда я, наконец, разлив кофе по чашечкам, вернулся к столу,-…я бы подумала, что Зуа – ваша младшая сестра. Вы даже чем-то похожи.
- Может быть,- согласился я.- Не поверите – я ее знаю всего четыре дня, а привязался так, будто мы действительно брат и сестра. А у вас есть кто-нибудь? Братья, сестры… Другие родственники.
Меня, если честно, интересовали не кровные связи.
- Есть. Брат. У нас… с ним общий отец.
- Счастливый человек. Надеюсь – вы нас познакомите. Хотелось бы взглянуть на счастливчика, который знает вас лучше всех.
- Вы с ним познакомитесь,- серьезно ответила она. Как-то неожиданно резко прозвучало... И немного печально. Как предупреждение… Или предостережение?
Я бы не прочь развить эту тему, но присутствие Эла и старого мастера, не способствует интимности, и вяжет меня по рукам и ногам.
Эл попробовал кофе и очень вежливо отказался.
- Я, пожалуй, воздержусь,- он встал.- Некоторые вещества, содержащиеся в этом напитке, оказывают на нас наркотическое действие,- вероятно, он имел в виду кофеин.- Позвольте мне поблагодарить вас за прекрасный вечер, я приятно провел время… И если у вас нет ко мне никаких вопросов, я вас оставлю. Завтра увидимся.
Мы попрощались, и он ушел. Фан также пожелал нам приятного вечера, и отправился к себе. Итак, путь свободен… Для чего, свободен, идиот? Пиво в голову ударило? Даже не мечтай, Казанова отмороженный. Ты тут второй день, а уже успел подраться, а теперь еще и клинья под коллегу подбиваешь? А как же покер? Совсем мозги размякли? Посерьезнее, доктор, операция в самом разгаре…
Все я прекрасно понимаю, и, тем не менее – меня тянет к этой женщине, несмотря на цвет лица и непривычный вид, скоротечное знакомство и все сопутствующие обстоятельства. Красноречие внезапно иссякло, и это еще один признак, что я не вполне владею ситуацией.
Повисла неловкая пауза, я проклинал себя за робость и тупость – сам же попросил доктора задержаться? Молчал, как последний дурак, а пауза уже налилась свинцом, грозя раздавить нарождающиеся отношения. И что я ей скажу? Вы мне нравитесь? Пошло… Молодец Зуа, сразу тебя на место поставила, с тобой только так и надо. Да ей, наверное, многие это говорят, Мио врать незачем. Ползают у ее ног. Может последовать совету Зуа? Или желаете присоединиться к остальным пресмыкающимся? Нет, маленькая чертовка хорошо меня изучила, вот тебе и девчонка – дикая горянка… Ползать я не хочу.
- Пойдемте ко мне? - Ее предложение прозвучало, как гром среди ясного неба, окончательно спутав мои, и без того, нестройные мысли. Надо видеть Рани, чтобы понять, что доступность и легкомыслие – понятия, с ней вообще не совместимые.
- Не поздно? Вы, наверное, устали,- пробормотал я, изо всех сил пытаясь не заорать: «Да! Пойдемте!»
- Разве сейчас поздно? - Усмехнулась она.- Я бы о многом хотела с вами поговорить.
- О чем? - Глупо спросил я. Ничего лучшего в голову не пришло. Я не урод, но никогда не переоценивал свои силы. Да, у меня были женщины, и количество вовсе не имеет значения, просто хочу сказать, что опыт, какой-никакой, имеется, не мальчик, но тут…
- О творчестве, например,- улыбнулась она.- Мне показалось – у вас непременно должно существовать творчество, желание создавать прекрасное, не похожее ни на что другое…
- Любое творчество?
- Любое. В вас есть это начало, я чувствую… У меня неплохая коллекция рисунков – хотите посмотреть?
- Хочу. Вы рисуете?
- Нет, что вы! - Она рассмеялась.- Но я умею ценить чужие таланты, которых мне самой, увы, не отпущено.
- Понимать красоту – это тоже талант,- убежденно заявил я.
- Разве что… Этого во мне много. А вы рисуете?
- Совсем чуть-чуть, и я не так талантлив, как хотелось бы.
- Идемте! - Она решительно встала и взяла меня за руку.- Поговорим у меня.
От разговоров уже ничего не зависит. Мы пришли к ней, никого не встретив по пути, выходит, нет нужды делать вид, будто мы спешим на деловую встречу – поздним-то вечером – и рука в руке тоже ровным счетом ничего не значит… Завтра не поползут слухи – о чем это, интересно знать – и никто не упрекнет королеву в неразборчивости и слепоте, никто не позавидует моей удаче и моему безумию, не побежит докладывать брату-ревнивцу, космическому Тибальду дома Капулетти… Что-то тебя понесло, друг мой. Посмотришь картинки, и как миленький пойдешь к себе, у тебя там пьяненькая амазонка в номере, если только Зуа не додумается весь малинник к нам в гости затащить, на ночь глядя…