Очередные препирательства замерли, когда смягченные расстоянием громовые раскаты, стали звучать с регулярностью ударов молотка сапожника. Терновский ошалело тер глаза, и никак не хотел понять, что война уже началась. А сама Павла думала, чем же еще они могут помочь обороне, в начинающемся бардаке первого военного утра. По ее умозрительным расчетам воздушный налет на Пуцк должен был произойти примерно через час. Вахмистр все же смог дозвониться до штаба и, доложив о создаваемой заезжим поручником пожарной команде из арестантов, тут же получил подтверждение всего того форменного безобразия против которого бунтовала его уставная душа. Переговорив с дежурным капитаном, Павла получила подтверждение своих куцых полномочий. И когда выпущенные с губы 'штрафники' замерли в одном строю со своими караульщиками и стоящим на левом фланге Терновским, на Павлу снова накатило ощущение 'де-жавю'.
-- Панове, жолнежи, моряки и авиаторы... Война началась... Сейчас не время вспоминать о старых обидах. Сегодня наша Польша ждет от нас даже не подвига, а просто честного исполнения нами своего воинского долга.
Слишком долго распинаться перед временными подчиненными Павла не стала. Через четверть часа четыре группы по четыре человека вооруженные помимо винтовок караульных, топорами, баграми и ведрами заняли свои позиции между ангарами и прочими постройками ремонтной зоны авиабазы в ожидании вражеского удара. Еще одна группа в составе пары орденоносных офицеров и пары авиамехаников, отправилась в сторону ангаров. По словам вынутого с губы технического ефрейтора, в ремонтном ангаре стояло несколько пригодных к использованию самолетов, и Павла решила разыграть эту карту. Ей сейчас очень хотелось встретить девятки вражеских бомберов не на земле с ведром воды для тушения пожара, а в кабине 'Пулавчака'...
***
Через открытую дверь с террасы несло легкими ароматами Ландверканала, а со стен кабинета, на хрупкую фигурку его владельца беспристрастно взирали великие и не очень личности новейшей истории вместе с бывшими руководителями германской военной разведки. Здесь строгий взгляд испанского Каудильо встречался с выразительным и чуть скептическим взором первого руководителя службы Вальтера Николаи. Загудел зуммер и, не останавливая чтения, мужчина поднял трубку...
-- Герр, адмирал, к вам, подполковник Пикенброк по польским делам.
-- Хорошо, фройляйн Лотта, я приму его. И заварите мне, пожалуйста, еще кофе.
-- Хорошо, герр адмирал.
Чуть скрипнула дверь в кабинет. Глава Абвера оторвал свой взгляд от очередного донесения и поднял глаза на руководителя 'Абвер-I' и своего заместителя. Выражение лица подполковника показалось ему слегка неуверенным...
-- В чем дело, Ганс? Что-то серьезное? Проблемы в Варшаве?
-- Нет, на этот раз нечто новое и слегка тревожное из 'Приморского коридора'.
-- Хм. Надеюсь, это не про те игры Рейнгарда с местным подпольем? А то их дилетанты там постоянно путаются у нас под ногами... И боюсь, когда-нибудь они сильно подгадят нам в самый неудобный момент.
-- В этот раз не угадали, герр адмирал. Группа 'И-Эль' из Штеттина и независимо от них подчиненные Фрица Тилле из 'Функабвера' некоторое время назад сообщили нам о двух странных воздушных инцидентах.
-- Рассказывайте и не экономьте на деталях, мой друг.
-- В середине дня 31-го в польской Померании неизвестным польским истребителем был сбит один из экипажей специальной авиагруппы Ровеля.
-- Хм. Ровель, конечно, опытный лис, но и его пилоты тоже люди. Пока не вижу в этом ничего фантастического.
-- Это если не принимать во внимание, что пилот разведывательного 'Хейнкеля' Эрвин Ханнеман успел передать по радио, что был атакован каким-то совсем новым истребителем-монопланом золотистого цвета и с дополнительными ракетными моторами под крыльями.
-- Так-так... А, нет ли тут русского следа? А, Ганс? Ведь у нас еще свежа в памяти та история с русским 'Буревестником', который достался нашим восточным друзьям в виде хорошо прожаренного шницеля?
-- Нет, герр адмирал. Здесь, на мой взгляд, что-то похожее, но все же, несколько другое.
-- Да? А где все это случилось?
-- В районах, Грауденца, Торна и Бромберга. Но я немного не дорассказал вам эту историю, герр адмирал. Так вот, сразу после этого, Ровелю удалось убедить Геринга на проверочный полет. И теперь кроме собственно донесений, получены также и киноматериалы.
-- Я уже говорил вам, Ганс, что Ровель умница. Жаль, мы не можем забрать к себе всю его группу, но он всегда делится с нами новостями. И не удивлюсь, если узнаю, что он и в этот раз сам и собрал эти данные. Я угадал?
-- Да, именно так все и было. Выманив 'золотистого' к границе, он на своем 'Хеншеле' затащил его на большую высоту, и хорошо там 'зарисовал' во всех видах. Правда, сам он чуть не поплатился за это...
-- Был сбит?
-- Ему повредили мотор, но подполковник сумел ускользнуть. Но и это еще не все.
-- Вот как? Вы меня интригуете.
-- Геринг отправил в прикрытие своему любимчику шестерку 'мессершмиттов', и они завязали бой с тем 'призраком', но... Но так и не смогли его сбить.
-- Тупицы! Ровель ушел от него на медлительном разведчике, а эти 'охотнички' на лучших в мире самолетах упустили свою удачу.
-- За то они тоже умудрились наснимать занимательных кадров своими кинопулеметами.
-- Ганс, я желаю это увидеть. И немедленно!
-- Через четверть часа, герр адмирал. Пленки уже у Вальтера. Не хотите ли, для начала узнать, чем же все закончилось?
-- Что? А разве это не все?
-- Дело в том, что за время того боя, 'золотистый' успел сбить одного и повредить еще нескольких. А через несколько минут к нему подтянулась на помощь шестерка польских высокопланов, и уже гауптману Янке, командовавшему нашими 'охотниками' стало там совсем кисло. Результат боя такой - сбито три наших и ни одного поляка!
-- Да-а. Либо мы что-то упустили, либо... Чему это вы улыбаетесь? Что-то узнали?
-- Представьте себе, я случайно нашел источник всех этих бед. Из Голландии вчера утром пришло донесение, что в сторону Дании пролетели две спортивных машины желтого цвета...
-- Или золотистого. Гм. А откуда летели эти 'спортсмены'?
-- Из Шербура, герр адмирал...
-- Гм. Французы? Но еще месяц назад я читал сводный доклад по французским ВВС и Армии, ничего такого реактивного там точно не было... Впрочем, большинство загадок как всегда тянутся одна к другой. И я вспоминаю одну загадку, которую мне пару дней назад загадал наш 'друг' Рейнгард. Да и вы, Ганс, тоже должны помнить ту беседу...
-- Двое странных американцев?
-- Именно! И один из них тот бывший автогонщик. Кстати, вхожий, как в армейские круги своих родных Штатов, так и в компанию французских испытателей. Вот вам и недостающие элементы этой мозаики! Думаю, СД и Гестапо еще поломают над этим голову, а вот нам уже нужно действовать.
-- Захват, или устранение?
-- Мертвые они нам будут бесполезны. В идеале, нужно добыть самого говорящего источника и хотя бы один из тех ракетных ускорителей. Да, и очень важно чтобы поляки не успели сыграть на этом! Вы меня поняли, подполковник?
-- Разумеется, герр адмирал. Пойдемте в зал, посмотрим фильм?
-- Да, это будет интересно... Лотта, я выпью кофе попозже.
И шеф Абвера вместе со своим заместителем, предвкушая интересное зрелище, покинули спартанского вида кабинет со стоящей у сейфа походной железной кроватью...