- Вы абсолютно правы! - улыбнулась Габи Ключному. - Извините, не знаю как вас зовут.
- Василий Иванович! - расплылся Ключный в улыбке. - Мы с Сашей занимаемся вокалом.
- Так вот почему он стал петь намного лучше, чем раньше! - воскликнула Габи. - Это благодаря вам!
- А вы слышали как поёт Саша? - спросил Василий Иванович. - А где, если не секрет?
- Василь Иваныч, да Габриэль с нами поёт на всех торжественных мероприятиях и праздниках! - не выдержал Жека.
- Так вы тоже поёте? - обрадовался Ключный. - Значит вы давно знаете Сашу! А я-то удивляюсь, как такая девушка допускает вольности от посторонних.
- Василь Иваныч да какие вольности? - возмутился я. - Я вон ей местечко у окна держал, никого не пускал и развлекать вот собираюсь всю дорогу. Это я просто волнуюсь, не знаю, как её очаровать. Вы же сами сказали что такие, как она очень редко встречаются!
- А я тебе ещё раз скажу: я вижу, что сердце девушки уже занято и вряд ли кто-то сможет её заинтересовать. Даже такой, в общем -то неплохой парень, как ты.
- Габи, слышишь, я неплохой! Это тебе Василь Иваныч говорит, а он в людях разбирается. Так что подумай, может я всё -таки на что-нибудь тебе сгожусь?
- Но ведь тебе Василий Иванович сказал, что моё сердце уже занято и он прав!
- А я что тебе говорил! - торжествующе поднял палец Ключный.
- Ну, может хоть на коврике у твоей кроватки разрешишь спать? - состроил я страдальческую мину. - Я его греть буду, чтобы утром твои ножки наступали на тёплый коврик.
- А вот это идея интересная! - задумалась Габи. - Василий Иванович, вы как думаете, можно Сашу на коврик пустить?
- Можно. Только привязывайте его к ножке кровати, а то он вон какой прыткий! - ответил Ключный и засмеялся, принимая шутливый тон нашего разговора.
- Василь Иваныч, а правда, как вы так сразу всё про Габриэль сказали? - мне очень понравилось, как Ключный аргументировал свои выводы.- Особенно про то, что её сердце занято? Ну как это можно с одного взгляда понять?
- Шурик. - Ключному понравилось, что ему удалось произвести на нас впечатление. - Вот посмотри в глаза девушки рядом с тобой и с той, что у тебя за спиной сидит.
Я резко повернулся и нос к носу столкнулся с мордашкой Маши-мелкой втиснутой между спинками сидений. Ну да, разве она могла пропустить такие интересные разговоры на тему любви.
- Ну что, обе пары глаз очень даже красивые! - честно сказал я.
- Дело не в красоте! - укоризненно сказал Ключный. - Ты смотри в их глубину! Что они выражают, а не как выглядят.
Но тут из меня "наблюдатель" плохой! Как я могу сравнивать глаза любимой с какими угодно другими, даже более красивыми?
- Сдаюсь, Василь Иваныч! - поднял я руки. - Ничего не вижу!
- Эх, молодо-зелено! - вздохнул Ключный. - Именно, что ничего не видишь, поэтому и проблемы потом. Если девушки не против, я выскажу свои умозаключения, а уж согласятся они с ними или нет - дело их.
- Вы согласны, красавицы? - спросил я сразу у обеих.
- Давайте, давайте! - глаза Маши загорелись.
Габи молча улыбнулась.
- Примем молчание очаровательной фройлян за согласие! - подвёл итог опроса Василь Иваныч и продолжил. - Итак, в глазах обеих девушек я вижу любовь .
Опа-на!? Я с удивлением посмотрел на Машу - когда она успела и в кого? А та, вдруг совершенно неожиданно дя меня - покраснела! Маша умеет краснеть?!
- Но любовь бывает разная, - продолжал Ключный не обращая внимания на реакцию Маши. - Если у юной девы это бурная, необузданная, скорее всего, первая любовь, в начальной , так сказать фазе, то у фройлян Габриэль это любовь уже устоявшаяся, хотя и очень-очень сильная. И если у девушки сзади, извините, не знаю вашего имени?..
- Маша...
- Если у Маши её любовь беспокойная скорее всего из-за того, что она безответная или Маша просто не знает отвечает ли взаимностью её предмет страсти, то Габриэль абсолютно точно любима и она это прекрасно осознаёт. Отсюда у неё счастливое спокойствие. Она отдала своё сердце любимому человеку, но и получила взамен такое же любящее. Вот то, что я вижу .
Я по очереди посмотрел на обеих девушек. У Габи на щеках был лёгкий румянец, видимо выводы Василь Иваныча пришлись ей по душе. А вот Маша покраснела ещё больше и встретив мой взгляд тут же отвела глаза. Да что такое? Это вообще Маша или нет? Куда подевался её непременный задор, граничащий с дерзостью по отношению абсолютно ко всем!?
Какой -то прапорщик поднялся в салон автобуса оглядел внимательно ряды кресел и нагнувшись к водителю, что-то сказал ему. Тот кивнул и дождавшись, когда прапорщик спрыгнул со ступеньки на землю, закрыл дверь и автобус заурчав, мягко тронулся.