Наконец Сашка сообразил положить тарелки на пол у стены и робко приблизился к капитану.
— Наденьте шинель, рядовой Малов! — услышали мы наконец голос незнакомого капитана.
Малов прошёл в нашу мини-гардеробную и после недолгого копания в куче висевших шинелей выудил свою. Но когда он вышел и начал её натягивать на себя капитан остановил его:
— Нет, эта шинель не пойдёт. Она только для музыкантов. Наденьте общевойсковую, в которой вы приехали из Союза.
По оркестру прошелестел шёпот. Только теперь до всех стало доходить, что происходит.
— А он разве не музыкант? — подал голос Студников, самый почему-то всегда смелый. Промолчал ведь не только дирижёр, который уже был в курсе, но и старшина оркестра.
— Нет, он уже не музыкант. — абсолютно без каких-либо эмоций ответил капитан.
«Они там все что ли в Штирлицев постоянно играют?», подумал я.
— Ого! — шепотом удивился Ключный.
Малов снял не до конца натянутую шинель, со второй попытки ему удалось повесить её на крючок и посмотрел на Слатвинского. В его взгляде сквозила растерянность, которая при последних словах капитана стала перерастать в панику. Старшина встал и протиснувшись между рядами музыкантов открыл ключом каптерку, где висели наши обычные солдатские шинели. Малов, уже не так уверенно ступая ногами прошёл вслед за прапорщиком и взял из его рук свою шинель. Пару раз промахнувшись мимо рукава он в конце концов набросил её на плечи и стал застёгивается на непривычные нам крючки. Эта серая, солдатская шинель сразу отделила его от оркестра, в котором он так и не успел стать своим.
Капитан терпеливо ждал, пока Малов оденется.
— Военный билет при себе? — дождавшись когда Сашка застегнул последний крючок, спросил он.
— Да! — выдавил из себя Малов.
— Дайте его сюда!
Вообще-то мог и раньше потребовать. Малову пришлось снова расстёгивать тугие, неразношенные крючки и доставать из внутреннего кармана кителя военный билет.
Капитан пролистал его от корки до корки, спрятал у себя в кармане, козырнул дирижёру и бросив коротко Малову:
— За мной! — первым вышел из студии.
Несколько секунд стояла гробовая тишина.
«А что я буду говорить, если дирижёр начнёт спрашивать что случилось в Югендпалас? И что отвечать насчёт Габриэль? Кто разрешил ей выступать с нами? А если он запретит дальнейшие совместные с ней концерты?» — вихрем пронеслись вопросы в моей голове.
— А за что его взяли? — нарушил первым молчание Студников, вроде как на правах земляка Малову.
— А кто вам сказал, что его «взяли"»? — Чихрадзе поднял удивлённые глаза от партитуры. — Что за ерунду вы несёте?! Его просто переводят на новое место службы, на строительство какого-то важного объекта. У него же незаконченное высшее техническое образование! Там такие люди нужны, а в оркестре мы без него обойдёмся. Всё! Закончили разговоры! Репетиция продолжается. Начинаем от цифры два.
Глава шестая
Арнольд лично осмотрел все подходы, выходы и входы в кафе «Либерозе», помня о словах Александра, что жена Гийома будет встречаться с очень опытным агентом, который при малейшем подозрении на слежку просто уничтожит полученные документы. Для этого и было выбрано это кафе, расположенное почти на набережной Рейна. Только небольшой отрезок улицы отделял кафе от моста через реку. По словам Александра именно сюда направится агент, после получения контейнера с секретными документами.
Арнольд внимательно изучил улицу и понял, что брать курьера нужно обязательно до выхода его на мост. На самом мосту слишком мало прохожих — уж очень он длинный для прогулок. А потому любой пешеход здесь как на ладони и стоит только появится подозрительной паре, а это минимальный состав группы захвата, как курьер просто выбросит контейнер с документами в Рейн, где его никогда не найти.
Брать обоих прямо в кафе было опасно — оно всегда заполненно публикой, причём большинство посетителей составляли семейные пары с детьми или же одинокие мамочки, которые забегали сюда с малышами употребить вкуснейшие пирожные.
А как себя поведут жена Гийома и курьер и что у них будет с собой из оружия — никто знать не мог. Поэтому такой риск руководство не одобрит.
Итак, у них есть всего несколько минут, пока курьер преодолеет эти считанные метры от двери кафе до начала моста.
******
Фрау Кристель Гийом была опытным и честолюбивым офицером штази. Именно она направляла и двигала по служебной лестнице своего мужа — умного, трудолюбивого, но несколько инертного коллегу по отделу внешней разведки штази. Чтобы ничто не мешало ему строить карьеру в политических кругах ФРГ, всю организаторскую работу она взяла на себя, подключив и собственную мать. Связь с центром — получение и отправление донесений — они организовали вместе. Мужу отводилась роль добытчика секретных сведений и информации. И вот, наконец её многолетние труды привели к успеху — да ещё какому! Ещё никогда и никому из разведчиков не удавалось подняться так высоко — до поста личного референта самого канцлера Западной Германии. Но и это был не предел. Кристель сумела найти способ несколько раз встретится с женой канцлера и обаять её. Да так, что та пригласила их с мужем к себе домой. Потом ещё раз. И ещё... Канцлер с супругой нанесли ответный визит. За очень короткое время они стали неразлучными друзьями. А это очень помогало в добывании как информации касающейся деятельности всего кабинета министров ФРГ, так и сугубо семейных дел. И не только семейных. Брандт, как и многие мужчины был неравнодушен к женской красоте и Кристель сумела «невзначай» познакомить его со своими «подружками», которые совершенно случайно оказались очень хорошенькими и не придерживались пуританских взглядов. Практически, канцлер уже был у них «на крючке», хоть и не подозревал об этом. Так что, путь ещё дальше наверх для Гийома был открыт.