Я посмотрел на часы. Вечер в ресторане только набирал обороты, но мне было пора. Нужно было доставить Габи домой, сдать с рук на руки моё сокровище и успеть в полк до отбоя. А ведь так сразу от Габи не уйдешь...
— Нам пора? — заметив мой взгляд на часы спросила Габриэль.
Я только скривился, как от зубной боли.
— Такой хороший у нас сегодня вечер, — вздохнула Габи. — Ну, ничего, мы его обязательно повторим, правда же Сашенька?
— Обязательно! — улыбнулся я. — Кстати, ты там что-то говорила о новых словах, которые выучила...
— Ага, заметил наконец! — обрадовалась Габи. — А то я его называю всякими ласковыми словами, а он не реагирует! Это я спросила у нашей учительницы русского языка, как можно называть человека с именем Александр, чтобы это было ему приятно и она мне написала, а я — выучила. Она правильно написала? Тебе нравится?
— Солнце моё, мне нравится твой голос, когда ты со мной говоришь и не важно как ты меня называешь!
— Я что ли зря учила? — надула губки Габриэль.
— Не зря, мне приятно. И можешь губки не дуть, я знаю — ты снова пытаешься меня разыграть.
Габи счастливо рассмеялась!
Я подозвал официанта рассчитаться.
— Вы уже уходите? — на его лице обозначилось явное разочарование. — Ещё ведь очень рано! Мы надеялись, вы ещё споёте ваши песни!
— Возможно, в другой раз, — пожал я плечами. — А сегодня нам пора!
— Но мы можем надеяться, что вы придёте ещё? — настойчиво спросил официант.
— Габи, ты как смотришь на это? Придём сюда ещё раз?
— Я хочу ходить сюда каждый вечер! — ответила Габриэль на-английском и парень расцвел. — Обязательно придём!
— Спасибо вам большое! Будем с нетерпением ждать! С вашего позволения!... — и он пошёл к сцене.
Я не успел понять, что означает это его «с вашего позволения», как он попросил внимания публики и быстро что-то заговорил на немецком иногда указывая на нас. Из всей его речи я уловил только пару раз произнесённое имя Габриэль и «герра Александра». Когда он закончил, публика повернулась в нашу сторону и разразилась аплодисментами.
—Они что, снова благодарят нас за песни? — спросил я у Габи.
— Не только! — улыбнулась она. — Просто этот парень сделал объявление, что в ближайший вечер состоится наше с тобой выступление в этом ресторане!
Я с восхищением посмотрел на парня! Вот это деловая хватка! На ближайшие вечера заполняемость ресторану обеспечена. А парнишка быстренько соскочил со сцены и скрылся в коридорчике за кассой. У них там счёт выписывают, что ли?
Вскоре он появился оттуда с огромным букетом красных роз и направился к нам.
— Разрешите от имени всего нашего персонала преподнести прекрасной фройлян Габриэль этот скромный букет цветов, — сказал он обращаясь одновременно ко мне, как бы за разрешением и к Габи, как виновнице торжества. — Надеемся увидеть вас в скором времени! Ещё раз, примите нашу самую искреннюю благодарность и восхищение вашим талантом!
А парень просто мастер произносить хвалебные речи.
— И вам спасибо за такую высокую оценку нашего творчества и приятную атмосферу вашего прекрасного заведения, — решил я не отставать от парня. — Передайте особую благодарность вашему шеф-повару, всё было очень вкусно! Кстати, об ужине, сколько с нас?
— Что вы, что вы?! — замахал руками парень. — Для меня и моего отца, владельца этого ресторана, было честью иметь у себя таких гостей. Вас всегда ждёт здесь теплый приём и любые блюда на ваш вкус! Естественно, за счёт заведения!
В этот момент из того же коридора показался солидный господин, по манерам которого, я сразу определил хозяина. Он подошёл к нам в тот момент, когда его сын с поклоном вручил букет роз Габриэль.
Она зарделась от удовольствия и изобразила свой коронный книксен. Получался он у неё просто замечательно! Хозяин пожал мне руку и приложился к руке Габи.
— Хорст Вайсман, хозяин этого заведения. — представился он. — А это мой сын — Андрес!
Публика снова зааплодировала. Что-то я раньше не замечал особой сердечности у немцев.. Или просто не обращал внимания? А может просто раньше я играл в чисто солдатском коллективе и от немцев нам перепадали только пиво, иногда шнапс, ну и шницель с жареной картошкой! Не розы же нам было дарить?
Я помог одеться Габи, набросил себе на плечи мою новую куртку и в сопровождении сына хозяина мы направились на выход. У двери я ещё раз пожал Андресу руку и наклонившись сказал на ухо:
— Обязательно сохрани газету с автографами, через несколько лет, а то и раньше, она будет стоить десятки тысяч долларов!
Парень неуверенно улыбнулся, но ответил: