Бегом туда, бегом — обратно!
Глава двенадцатая
Нажимая кнопку домофона, я так ждал, что услышу обычное: «Ya?» — произнесённое нежным голосом Габи, от которого каждый раз сразу становилось так тепло на душе. Я, наверное, никогда не привыкну к нему. Всего одно короткое слово — даже, по сути, звук — и всё, что-то щёлкает внутри, и мир становится таким прекрасным!
— Клаус Хеттвер, — услышал я вместо этого, и мне стало ещё хуже, чем было весь день.
— Это Александр, — не сумев перестроиться, я произнёс это по-русски, но Клаус понял, и замок двери зажужжал.
Я резко толкнул дверь и, прыгая через ступеньку, взлетел на второй этаж.
Дверь квартиры уже была открыта, и Клаус ждал меня, придерживаясь рукой за косяк.
— Как Габи? — забыв поздороваться, сразу же спросил я, переводя дыхание.
— Мне кажется, не очень хорошо. Хотя врач утверждает, что это обычная простуда, и завтра-послезавтра ей станет легче.
— Он дал ей какие-нибудь лекарства? — спросил я, снимая шинель и вешая её тут же на вешалку у двери.
— Оставил какие-то порошки, но мы целый день были на работе, а она, по-моему, их и не пила, — словно оправдываясь, сказал Клаус. — Я, конечно, сейчас заставил её выпить, но… — и он развёл руками.
— А фрау Марта? — спросил я, снимая ботинки. Не люблю я в обуви ходить в квартире. — Она же сама врач!
— Она сегодня дежурный врач по госпиталю, ещё на работе.
Нормально! Дочь дома одна, больная, а мать лечит других. Вслух я это не сказал — какой смысл? — и поспешил в комнату к Габи. Переступив порог, я сразу ощутил атмосферу болезни. Нет, воздух был почти нормальным, но я прямо кожей почувствовал неладное.
— Габи, солнышко моё, ты как? — я опустился на колено и наклонился вплотную к её лицу.
— Мой Сашик пришёл, — открыв глаза, тихо сказала Габи и попыталась улыбнуться потрескавшимися губами, покрытыми белым налётом. Я осторожно коснулся их своими и ощутил слабый запах изо рта. Потом поцеловал её в лоб, чтобы проверить температуру. И без градусника было понятно, что она очень высокая.
— И врач сказал, что ничего серьёзного? — я оглянулся на Клауса, стоящего в дверях. — Он температуру мерил?
— Я не знаю. Он попросил у меня воды, и я как раз выходил.
Клаус говорил так, как будто постоянно оправдывался. То ли действительно чувствовал за собой вину, то ли просто сильно растерялся из-за болезни любимой дочери.
— Но он сказал, что сделал укол от температуры. Она у нас никогда ничем не болела, и я просто не знаю, что нужно делать, — словно услышав мои мысли, добавил он. — А врач сказал, что сейчас многие простужаются из-за нашей немецкой зимы.
Я только кивнул. Что толку обвинять кого-то?
Чисто машинально я положил ладонь на горячий лоб Габи.
— Ой, как хорошо! — прошептала она. — Не убирай, пожалуйста, свою руку.
Вторая моя рука сама легла на левую грудь Габи, и я ощутил сбивчивый ритм её сердца. Габи глубоко вздохнула, поднимая грудь, словно стремясь сильнее прижаться к моей ладони, и замерла в таком положении.
— Так хорошо… — снова прошептала она, и я ощутил быстрое, резкое покалывание в обеих ладонях, будто сотни маленьких пчёл жалили мою кожу. Ладони стали такими горячими, что покраснели даже сверху.
— Горячо… — шепчет Габи, не открывая глаз.
«Да это же рейки!» — доходит до меня. И «включилось» оно без моего участия.
В прошлой жизни я сначала просто интересовался всем таинственным и непознанным. Постоянно искал доказательства того, что «там», за пределами видимого мира, действительно что-то существует. Меня не устраивали пространные рассуждения об аурах, энергиях и невидимых существах, которых нельзя ни увидеть, ни потрогать. Я хотел чего-то настоящего, ощутимого. И как раз адепты рейки говорили, что эту энергию с «Небес» можно почувствовать и даже направить — в основном для того, чтобы исцелять людей.
И когда мне попалось объявление, что в соседнем городке мастер рейки проводит сеансы, а также открывает канал для этой энергии, и любой желающий может получить первую ступень посвящения, я поехал, особо не раздумывая.
Приехав и встретившись с довольно молодым испанцем, я даже отказался от первоначальной задумки — «просто попробовать» — и сразу попросил открыть мне канал: такое он внушал доверие.
Во время инициации я действительно чувствовал все манипуляции Мастера. Ощущал тепло, иногда сильный жар от его рук, хотя глаза мои были всё время закрыты, и ни о каком внушении или самовнушении не могло быть и речи. Причём он ни разу не коснулся меня руками, но тепло было гораздо сильнее, чем если бы он грел где-то руки и прикладывал их к моему телу. Вдобавок я был одет в обычную одежду, прогреть которую до тела было бы весьма проблематично. Не утюг же он!