Маша-старшая поднялась и приобняла Габи:
- Спасибо и вас с праздником! Вы очень хорошо говорите по-русски.
- Данке. - снова сбилась Габи и все засмеялись. Получилось комично. Габи чуть-чуть покраснела и стала ещё красивее.
- Присядьте к нам или вам пора на сцену? - спросила Маша-старшая.
О, а это выход!
- Спасибо большое! - поблагодарил я. - Мне пора, а вот Габи ещё не скоро, если можно, она бы посидела с вами, а то там прятаться на сцене. Габи, останешься?
- Конечно останется! - встряла Маша-младшая, даже не дав ответить Габриэль. - Садись на мой стул, я себе ещё добуду.
И глянув на меня, тут же добавила:
- Саша, я и для тебя стул раздобуду, пока все не разобрали! У вас же будет перерыв, вот и посидите с нами!
Сказав это и не дожидаясь комментариев она умчалась на поиски стульев.
Мы молча посмотрели друг на друга и рассмеялись!
- Метеор... - покачал я головой и добавил. - С вашего разрешения пойду, нам пора начинать.
Я запрыгнул на сцену .
- С чего начнём? - спросил я Виталия стоящего с моим Гибсоном на шее.
- Давай эти, последние инструменталки, где ты на саксе. - сказал он. - А я хоть на твоей гитаре поиграю немного.
- Давай! - согласился я, беря саксофон.- Начнём с Feeling . Как раз соответствует моменту.
- Песенка про птиц? - спросил Юра.
- Почему про птиц? - удивился Женька.
- Ну называется же Филин. - не моргнув глазом схохмил Юра.
Жека так и не понял.
- Ладно, харэ болтать! - закрыл дебаты Виталий. - Серёга, ритм!
Новый сакс прямо радовал звуком! Я специально начал очень низко, чтобы весь бархат звука дошел до самых нечувствительных. Играя, я постоянно посматривал на столик Громова. Он с женой о чём-то расспрашивали Габи, но в их разговор постоянно вклинивалась Маша- метеор. О чём они там пытают мою малышку? Габи, словно чувствуя мой взгляд, постоянно поднимала на меня глаза, каждый раз чуть-чуть улыбаясь.
Закончив Feeling я предложил:
- А давайте без больших пауз. Сразу же следующую.Поехали Битлов Long and Winding Road.
Мы исполняли её в варианте Маккартни 1984 года, там как раз начинает саксофон. Можно, конечно и спеть, но публика всё-таки в ГДО не та! У немцев обязательно споём, как, кстати и Feeling.
За Битлами последовала " Тень твоей улыбки" . Подбирая инструментальные композиции я брал только те, которые, как я знал, со временем превратятся из попсы в настоящую классику, поэтому наш музыкальный ряд был безупречен. Поглядывая на столик семейства Громовых, я заметил, что Маша- старшая всё дольше смотрит на сцену, слушая музыку, чем участвует в разговоре. Понравилось? Подожди, это только начало, мы ещё разогреваемся!
- Виталь, может спеть чего-нибудь для разнообразия? - закончив очередную инструментальную вещь предложил я. - Народ уже почти не подходит, многие уже приняли на грудь и не по одной. Давай "жизненную" какую-нибудь выдадим?
- Какую? - согласился Виталий.
- Ну, танцевальные ещё рано... - задумался я. - О, "Берега" будут в самый раз! И ритмично довольно, не уснут и текст со смыслом. Только давай мне мою девочку, я соло заверчу!
Виталий не без сожаления расстался с Гибсоном, вернувшись к своей старой " Музиме". Я перекинул ремень гитары через плечо, пробежался легко по струнам, подкрутил пару и прокашлявшись, подошёл к микрофону. В последний момент решил ничего не объявлять. Народ уже во всю общался и даже кое-где на повышенных тонах - водка она такая, дама шумная!
Начинал я один под гитару совсем не громко, заставляя людей прислушиваться, а не орать ещё громче.
Берега, берега, берег этот и тот
Между ними река моей жизни
Между ними река моей жизни течёт
От рождения течёт и до тризны.
Вступает вся группа. Вижу как за столиками перестают разговаривать и все поворачиваются к сцене. Да, слова в песне выдающиеся, это тебе не "Барабан был плох!"
Эту песню мы ещё нигде не исполняли. Для танцев она может и пошла бы, так как ритм чёткий есть, но я не хотел её в ресторане петь, мне казалось что это унизительно для самой песни. Для всех присутствующих в зале это была абсолютно незнакомая песня, мы её даже на репетициях в ГДО не играли. Я заметил как Маша- старшая буквально замерла и слушала не дыша. Полковник Сидоренко так и не дошёл до своего столика слушал в проходе.
В первый раз я любил
И от счастья был глуп,
В первый раз пригубил
Дикий мёд твоих губ,
А на том берегу,
Там, на том берегу,
Было то, что забыть
Никогда не смогу.
Закончил я один, как и начинал , под чуть слышную гитару. Первой зааплодировала жена Громова и повернувшись к мужу что-то быстро сказала с какой -то светлой улыбкой на лице. Громов только развёл руками, по всей видимости говоря: " Ну, а я что тебе говорил". А на Машу-метеор впечатления особого песня не произвела, хотя она и похлопала для приличия.