- Хорошо, - нарушил молчание Громов. - Ты действительно меня заинтересовал. Намного больше, чем я ожидал. С удовольствием пообщаюсь с тобой ещё. Сделаем так. Сейчас твоё досье у меня в сейфе. Да, ты не ошибся. На тебя собран материал максимально возможный в данный момент. Там все твои школьные "выступления", споры с учителями на политические темы. Должен сказать, что твои аргументы в них мне понравились. Неожиданные для простого школьника тем более из глухой провинции. Но там и твои "грехи" совершенные уже здесь, в ГДР. Ты сразу же попал в поле зрения вашего полкового особиста. Причём в том, что это произошло так быстро, ты виноват сам. Штатный информатор из вашего оркестра дал обычную характеристику на всех вновь прибывших военнослужащих срочной службы - на тебя и двоих товарищей, Мордасова и Малова. И если они себя проявить ещё не успели, то тебе это удалось ещё не попав даже на территорию полка. Прямо рекордсмен! Догадываешься, где отличился?
- Да где я мог-то?! - развёл я руками.
- Ну а кто сделал из особиста полка посмешище? - улыбнулся полковник.
-Я?! - искренне удивился я и тут до меня дошло. - Вы имеете ввиду этого сексуально озабоченного майора? А он что, особист?
Громов кивнул.
- Ну а я тут причем? По набираете в органы всяких, а мне страдай потом!
Громов громко засмеялся.
- Ну в одном я уверен точно - с тобой скучно не будет! - вытирая слезы сказал он.
- Причём, это касается не только шуток! - подтвердил я.
- Хорошо, посмотрим. - согласился полковник. - Идём дальше. Так вот когда майор Зарубин узнал, что ты закрепился в оркестре, он стал присматривать за тобой с особым, скажем так, рвением и попытался подключить к этому твоих друзей. Мордасов отказался, но Зарубин особо и не настаивал, потому что Малов с удовольствием согласился. От него Зарубин узнал, что ты встречаешься с Габриэль. И ему не составило труда состряпать тебе аморалку, а когда он послал запрос по месту твоего жительства и учебы из тебя получился аморальный диссидент.
- Ну, товарищ полковник, - не выдержал я, забыв даже о договоре обращаться по имени -отчеству. - Вот объясните мне, как может целый майор "страшного и ужасного" КГБ заниматься подобной ху..., извините, хернёй? Сколько таких майоров сидят по тёплым кабинетам по всей огромной стране, ездят на служебных автомобилях, жрут и пьют в три горла, отнюдь не перловую кашу с молоком, получают в месяц полугодовые оклады какого-нибудь работяги с завода, пользуются почётом и уважением и считают себя "спасителями Отечества"? Но это было бы ещё пол-беды! Потому что когда придёт настоящая беда, вы думаете эти "защитники" бросятся грудью на танк? Они бросятся распихивать своё барахло по чемоданам, нажитое "непосильным трудом" и рванут куда подальше от фронта, где у него уже приготовленно тёплое гнёздышко! Куда-нибудь в Дубаи или Таиланд!
- Дубаи? - удивился Громов. - Это же где -то у арабов, если не ошибаюсь? А что они там будут делать? Жить в шатре в пустыне?
- Вы за "тупых арабов"'не беспокойтесь! - махнул я рукой. - Даже они сумеют лучше распорядиться деньгами, которые свалятся на них " по воле Аллаха", чем ваши коллеги - "интеллектуальная элита страны".
- Ничего не понял! - признался Громов. - При чём тут какие-то Дубаи, интеллектуальная элита и деньги, которые непонятно откуда возьмутся?
- Ладно, проехали! - отмахнулся я. - Потом, как-нибудь поговорим. Вы мне лучше скажите, что мне теперь с этим майором делать? Может того, бритвой по горлу и в колодец?
- Что?! - округлил глаза Громов глядя на меня, абсолютно серьёзного.
- А у вас есть другие варианты? - прищурился я, ожидая, когда до полковника дойдет юмор из недавно вышедшего фильма. Хотя, честно сказать, лично для меня вариант с бритвой был не таким уж и неприемлемым.
- Ну и шуточки у тебя, Саша! -выдохнул, наконец Громов и покачав головой продолжил. - Я вижу только один выход. Причём мы решаем сразу несколько проблем.
- И какой же?
- Я забираю дело себе и запираю его в сейфе.
- А так можно? Что-то слишком просто, - не поверил я. - Сейчас достанете козырь из рукава?
- Достаю. - Громов принял мою манеру. - Прямо сейчас ты пишешь мне расписку о сотрудничестве. Причём, лучше числом пораньше. Чтобы при необходимости можно было твои неосторожные высказывания выдать за оперативную разработку. Знаешь, что это такое?
- Конечно. - машинально ответил я. Громов снова посмотрел удивлённо. Да, многовато неожиданностей для особиста. Но, ничего, переживёт.