-- Я понимаю ваше изумление, герр канцлер. - вмешался Шнитке. - Сам был в вашем положении. Но всё больше убеждаюсь, что мы имеем дело с уникальным человеком. Вот, посмотрите! - протянул он два конверта.
- Что это? - Брандт покрутил в руках конверты.
- Это проделал со мной Арнольд, чтобы доказать, что всё, о чём он говорит, не плод фантазии. - продолжил Шнитке. - Там и данные, которые он обнаружил уже потом в архиве БНД на Гийома и две авиакатастрофы, предсказанные с точностью до часов и минут. Произошла пока одна, в Сибири. А вторую мы сможем наблюдать при желании даже лично. Послезавтра в Праге, советский самолёт с сотней пассажиров на борту. Погибнет 66 человек. Я дал задание послать туда кинооператора для съёмки.
Канцлер смотрел на шефа БНД широко раскрытыми глазами и почти не дыша.
Глава 7
Учения нагрянули, как всегда неожиданно и не вовремя. С утра оркестр был занят своей обычной работой. После часовой подготовки, когда каждый музыкант "разыгрывается" по своей собственной методике, Юра-архивариус, по указанию дирижёра раздал каждому по пачке нот и началась совместная репетиция. На этот раз дирижёр решил, что нам пора вспомнить классические произведения, так как примитивные военные марши сидели уже в печёнках.
Я, имея теперь фирменную флейту, не чувствовал себя бедным родственником и играл на равных со всеми.
- Как, всё - таки флейта украшает оркестр! - лучезарно улыбаясь заявил Василий Иванович Ключный, обнимая свой баритон. - Шурик и как у тебя хватает дыхалки, ведь половина воздуха мимо летит! Не то, что у нас - всё через мундштук, без потерь.
Да, это действительно так. Люди слабо разбирающиеся в музыке и, особенно в духовых инструментах всегда попадают впросак, когда их спрашивают: на каком инструменте легче играть - на огромной тубе или на малюсенькой флейте-пиколло? Абсолютно все говорят, что, конечно же на тубе труднее, а что эта маленькая дудочка? - и ребёнок сможет! На самом деле, как раз наоборот! Именно потому, что как сказал Василий Иванович, большая часть воздуха уходит мимо инструмента, а если учесть, что партии флейты ещё и чрезвычайно сложны в техническом смысле, то частенько после репетиции перед глазами плавают "звёзды".
- Зато мне носить флейту легче! - отшучиваюсь я.
Во время репетиции, та часть моего мозга, которая не участвует в чтении нот, занята размышлением над новыми песнями, которые следует подкинуть группе.
Сегодня после обеда нужно будет попробовать самому спеть "Мадонну". Песня понравилась всем и выбрасывать её из репертуара из-за отсутствия Малова не стоит. А значит петь мне. У Виталия и Алексея голоса для неё слишком высокие. А у меня с каждым днём диапазон расширяется. Я пытаюсь это скрыть, но удаётся это уже с трудом. Вообще разворачивание моих творческих возможностей идёт по всем направлениям: на органе я играю мелодии любой сложности, а импровизации даются легко и непринужденно. На гитаре, несмотря на то, что беру я её изредка и то, стараюсь, чтобы никого не было рядом, уровень мой далеко превзошёл Виталия. Все басовые партии пишу для Жеки конечно тоже я и я же ему показываю как их лучше сыграть. Серёга под моим чутким руководством значительно улучшил свою технику игры на ударных. Теперь он может не просто играть простенький ритм, но и сыграть приличное соло. Хотя, конечно до Майкла Портнова нашему Серёги далеко, как до звёзд! В принципе я могу заменить всю группу и к примеру, записывать альбом один, играя по очереди на всех инструментах. Но пока в этом нет необходимости, да и возможности. А дальше - будет видно.
После обеда, когда в студии остались одни участники рок- группы, мы стали расставлять аппаратуру, готовясь заняться любимым делом. Но тут распахнулась дверь и ввалился Вася Онопко:
- Здрачивайте! - обычная Васина хохма, вроде и здоровается и в то же время слышится что-то неприличное.
- Вася, ты не заблудился? - Виталий , на правах почти дембеля, позволял себе говорить с молодым Василием на "ты".
- Ага, заблудился! - с готовностью поддержал шутливый тон Онопко. - Сейчас мы все будем блудить по территории полка. С автоматами!
- Что?! - мы застыли как поражённые столбняком. Конечно, мы знали, что со дня на день должны начаться плановые зимние учения и всё равно, эта новость была как ножом по тарелке!
- Скажи, что ты пошутил и я всё прощу! - простонал Серёга Сараев.
- Что, учения? - наконец произнёс ненавистное слово Виталий.
- Ага! Будь готов, всегда готов! - дурашливо козырнул Вася, сдвинув шапку набекрень.
- Да твою же маму! - в сердцах простонал Лёха Брусков.