Ну вот, а мы с Громовым целую операцию разработали по вызволению Габи и её матери из квартиры без привлечения внимания злобной штази!
- Габи, душа моя, ты что ли совсем поправилась? - отстранив её немного от себя заглянул я в её глаза. В них не осталось и следа слабости или болезни и только лёгкая бледность и чуть заметные круги под глазами выдавали перенесенное ею в течение последних суток .
- Да, Сашульчик! - улыбаясь ответила она, демонстрируя новые варианты моего имени.
- Ох, как же ты меня напугала, солнце моё! - прижал я ее снова и тут же отстранив с наслаждением поцеловал.
Габи обмякла в моих руках и её жаркое дыхание обожгло мне лицо.
- Ну, пойдём скорее наверх! - потянула она меня за руку. - Мы теперь можем целоваться дома и нам никто ничего не скажет! - она счастливо засмеялась.
- Подожди, солнышко! - удержал я её. - Нам нужно поговорить с тобой здесь.
- Почему? - удивилась Габи и сразу стала серьезной.
Чувствует моё состояние?
- Это из-за того, что случилось ночью?
Хорошо, что она так быстро всё понимает, даже раньше, чем я спрашиваю. Не придется терять время на пустые ахи и охи.
- Да, Габи! - я киваю. И решаю сначала поговорит с ней, раз уж она здесь, а потом, если понадобится, то позовём и Марту. - Давай я тебя хорошенько застегну и пойдём в наш садик.
Мы выходим через заднюю дверь и садимся под пальмой в кадке. Габи серьёзно и с тревогой смотрит не отрываясь на меня.
- Габи, ты знаешь, что случилось прошлой ночью в городе? - начинаю я. - Расскажи мне всё, что тебе известно, что рассказала тебе мама.
Габи кивает и неглубокая складочка появляется у неё на лбу.
- Мама сказала, что вчера в Ризе умерло четырнадцать человек. У них у всех были одинаковые симптомы и умерли они от отёка лёгких. Это бывает при тяжёлой инфекционной пневмонии, но такое количество за одни сутки - впервые за всю историю госпиталя.
Габи останавливается и вопросительно смотрит на меня.
- А что говорят врачи? В чём может быть причина?
- Как я уже говорила, они понимают причину смерти, но не понимают, как такое могло произойти сразу у такого количества больных. И самое странное, что ко всем умершим пациентам приходили трое врачей-стажеров из Сирии.
- И как они это себе объясняют?
- Ну, кто-то, как моя мама считает, что у сирийцев слабая квалификация и они не смогли правильно поставить диагноз. Но не понятно, почему так получилось, что только у этих больных произошел отек лёгких, а больше ни у кого. Почему нашим врачам не попался ни один больной, которого пришлось бы спасать в реанимации?
- А ты как думаешь, Габи?
- Я думаю, как и ты! - сразу же ответила она. - Это стажёры ввели какую-то инфекцию всем, к кому они пришли по вызову. Только я не понимаю зачем? Что эти люди сделали им плохого? Что могла сделать четырех летняя девочка?
У Габи на глазах появились слёзы и задержавшись чуть-чуть на ресницах, покатились по щеке. Я прижался к её щеке губами и ощутил на них соль.
- Это террористы, Габи, им всё равно кого убивать, ради своих бредовых идей.
- А их поймают ? - Габи заплаканными глазами смотрела на меня.
- Надеюсь, родная! - ответил я, совсем не надеясь на правосудие.
- А почему мы говорим с тобой здесь, а не дома?
Как объяснить и не напугать? Какой станет их жизнь, если они будут бояться, что их подслушивают и за ними следят!
- Габи, я не хочу тебя обманывать, но и боюсь говорить тебе правду.
- Мы же договорились всегда говорить только правду!
Габи вопросительно смотрит на меня и в её глазах я вижу недоумение.
- Почему ты не хочешь говорить мне правду?
- Я хочу, но боюсь тебя напугать! - тороплюсь объяснить. Только обиды нам сейчас не хватало!
- С тобой мне ничего не страшно! - уверенно говорит Габриэль. - Особенно теперь.
- Хорошо, солнышко! - соглашаюсь я. - Тебе я скажу всё, что знаю я сам и что думаю, но твоим родителям и особенно брату мы сообщим только самое необходимое, хорошо? Это нужно для их же безопасности! Ты меня понимаешь?
- Да! - кивает Габи и на лбу появляется знакомая складочка. Она сосредоточена.
- Этих террористов задержали. Погоди радоваться! - останавливаю я Габи. - И сейчас идёт следствие. Ваша штази начнёт допрашивать всех людей знающих хоть что-то о них и об их работе в госпитале. Почти наверняка будут разговаривать и с твоей мамой. Не только потому, что она их знала, но и потому, что Ахмед приходил к тебе и что именно фрау Марта позвонила в госпиталь и сказала... Вот тут очень важно, что она сказала? Ты знаешь?