- А ты не боишься такой её привязанности? - осторожно спросил Арнольд. - В жизни всякое бывает и что будет с ней, если он вдруг исчезнет?
- Боялся, какое-то время, - осторожно сказал Клаус. - Но даже тогда я не пытался помешать им, как-то отговорить Габи или что-то подобное. Сердцу ведь не прикажешь. Даже если бы я и захотел, запретить ей встречаться с ним я бы не смог. Она бы меня просто не послушала. Да и никого другого. А потом, наблюдая их вдвоём, я совсем отбросил всякие сомнения. Когда я смотрю на них, сердце просто радуется, что на свете существует ещё такая любовь. Да ты сам увидишь! А потом случилось одно, эээ...происшествие, что ли? Не знаю как назвать тот кошмар, что мы пережили и я просто благодарю Бога, что в нашей жизни появился Саша. Да, именно так, не только в жизни Габриэль, но и в жизни нашей семьи.
- Ого, даже так?! - Арнольд всем телом повернулся к брату. - И что же такое случилось? Почему ты мне ничего не говорил?
- Такие вещи по телефону рассказывать нельзя, тем более на " ту" сторону. - многозначительно посмотрел Клаус на брата.- Я даже сейчас тебе больше ничего не скажу. Вот придёт Саша, он сам решит.
Арнольд потерял на какое-то мгновение дар речи.
- Саша? Это вы так называете Александра, я правильно понимаю?
- Да, у русских так принято называть Александров среди друзей и родственников. - кивнул Клаус. - А он нам больше, чем друг и я хотел бы, чтобы стал родственником. Тогда бы я был спокоен за мою малютку.
- Ну, брат, если ты хотел удивить меня, то тебе это удалось! - после некоторого молчания сказал Арнольд. - Даже не удивить, а поразить! Не могу себе представить, что такого могло произойти, что ты, за такой короткий срок, смог проникнуться таким доверием к совершенно незнакомому человеку, что мечтаешь отдать ему свою дочь ?!
- Отдать я её не могу, - улыбнулся Клаус. - Она и так уже его!
- Ты хочешь сказать, что они уже... - Арнольд многозначительно посмотрел на брата.
- А, ты об этом!- не сразу понял Клаус. - Я не знаю. Я сейчас о другом. Я не о теле, о душе! Повторяю, ты сам всё увидишь и объяснять ничего не придётся.
Арнольд покачал головой в изумлении. Когда он ехал к брату и вспоминал этого русского парня и свою племянницу он допускал мысль, что у них тот первый взаимный интерес, который он наблюдал в школе, может перерасти во что-то большее, но даже на это шансов было немного. Он ведь простой солдат, а как содержат советских военнослужащих на базах в ГДР он прекрасно знал. Даже в тюрьмах ФРГ заключённые за хорошее поведение получали возможность посещать свои семьи дома, гулять с ними свободно в городе. В ГСВГ, как называлась это самая огромная военная группировка в Европе, даже увольнительные солдатам были запрещены. Им редко удавалось выбраться в город, обычно только перед своим возвращением на родину и под бдительным надзором командиров. За эти краткие вылазки в цивилизацию они успевали купить дешевенькие сувениры родным и друзьям - вот и всё их знакомство с заграницей. У Александра степень свободы была гораздо выше, чем у других несчастных. Он хотя бы редко, но выезжал выступать перед учениками немецких школ и рабочими заводов. Но даже этого было явно недостаточно, чтобы за это короткое время могли возникнуть хоть сколько -нибудь серьезные отношения. И вдруг, родной брат, безумно любящий свою дочь заявляет, что она уже не принадлежит ему, а он не только не противится этому, а даже рад!
- Я смотрю вы стали слушать музыку! - после некоторого молчания кивнул на магнитофон Арнольд. - А раньше стоял накрытый салфеткой в роли мебели.
- Да, слушаем, - загадочно улыбнулся Клаус. - Очень даже неплохая музыка. Послушай!
Арнольд хотел остановить брата . Для музыки не совсем подходящее время, но Клаус уже нажал клавишу и в комнате раздался нежный женский голос поющий очаровательную мелодию без слов.
- Это моя любимая. - сказал Клаус. - Но и остальные весьма неплохи.
- Замечательная мелодия и прекрасное исполнение! - после некоторого времени согласился брат. - Кто это?
- Наша новая группа! - уклончиво ответил Клаус. - Слушай дальше.
В динамике отзвучали аплодисменты и два голоса запели в унисон:
Our love is alive, and so we begin
Чем дальше слушал Арнольд, тем более удивленный становился у него вид.
- Песня прямо про то, что ты рассказал о Габриэль и Александре! - с удивлением сказал он. - Это настоящий хит! Тем более ребята правильно делают, что поют на английском, у них есть шанс, что их заметят на Западе.