Правда, заключение Руцкого, Хасбулатова и мятежных депутатов длилось недолго. Им объявили весьма сомнительную и ничем не аргументированную амнистию. Этого следовало ожидать, так как обвинение в антиконституционных действиях было несостоятельно. Суд над ними, чреватый неприятными последствиями для самих обвинителей, грозил скандалом мирового масштаба.
— Очень жаль Казанника. Его уход с поста Генерального прокурора большая потеря для правосудия, — с сожалением сказал жене Артём Сергеевич. — Он, хоть и был сторонником Ельцина, но, как честный человек, все же сдерживал рост коррупции и казнокрадства. Теперь им будет открыта «зеленая улица»!
— А я думаю, что он подал в отставку потому, что перестал быть сторонником Ельцина, — предположила Варя — Ты, видимо, вспоминаешь, как Казанник уступил ему свой мандат депутата Верховного Совета СССР? Но с тех пор он, как и все, кроме окружающих Ельцина проходимцев, наверняка в нем разуверился.
— Да уж, пожалуй, нашему президенту не только Казанник, а никто уже не верит, — нахмурился Артём Сергеевич. — Его рейтинг упал, и изменение Конституции не поможет ему вернуть доверие народа, если будет продолжаться безудержный грабеж страны, если Ельцин его не остановит и не выполнит хоть что-то из обещанного.
— Он должен сделать что-то значительное, чтобы поднять свой авторитет и вернуть доверие своих сторонников, — согласилась Варя. — Думаю, Ельцин сам это понимает и что-нибудь предпримет. У меня такое предчувствие, будто что-то вот-вот произойдет.
— Теперь точно надо ждать новых потрясающих событий. Ты же — известный оракул! — улыбнулся Наумов и уже серьезно добавил: — Только бы это не было новой авантюрой, добавляющей тягот, коих и без того всем хватает.
То, что интуиция в очередной раз не подвела Варю, подтвердил забежавший к ним по какому-то делу Царев.
— Вы слышали, что затевает наша правящая хунта? Маленькую победоносную войну! — с порога ошеломил он их невероятным известием. — У меня вполне достоверные сведения, что Ельцин решил послать в Чечню армию на усмирение Дудаева.
— Ну ты и скажешь: хунта. Может, и с войной преувеличиваешь? — усомнился Наумов. — Какая может быть война, когда для наведения порядка достаточно послать туда одну танковую роту? Я слышал, что как будто так заверял всех министр.
— Какая война может быть против своего же народа? — поразилась Варя. — Чечня — ведь это тоже Россия! Как можно посылать туда войска? Для чего же тогда у нас милиция и ФСБ?
— Не будьте наивными людьми! — с видом превосходства, как учитель детям, объяснил Владимир Иванович. — Нормальное правительство, конечно, не будет воевать со своим народом. Не допустит этого и пресечет мятеж сепаратистов силами органов безопасности. — Он перевел дыхание и гневно продолжал: — Но нами правит хунта. Да, хунта, так как Ельцин и те, кто его окружает, совершили вооруженный переворот и сейчас, изменив Конституцию, узаконили то, что натворили. Им война нужна для того, чтобы перевести гнев народа с себя на чеченцев, и под ее покровом наворовать из казны еще больше. Скоро в этом убедитесь!
Артём Сергеевич и Варя слушали его с недоверием, настолько невероятным им казалось, что правительство может обрушить мощь армии на своих граждан. Но вскоре убедились, что их друг Царев и на этот раз оказался прав.
Бездарное военное руководство и впрямь считало, что разгромить сепаратистов генерала Дудаева, захвативших власть в Чечне, можно силами небольшого танкового подразделения, и подбило Ельцина совершить эту авантюру. Оно почему-то не учло огромного количества оставленного мятежникам самого современного вооружения, и их воинственных заявлений, что устроят посланным туда войскам «кровавую баню». И эта безответственная авантюра с позором провалилась!
Колонна танков, вступившая в Грозный и дошедшая до центра города, была разгромлена и сожжена боевиками Дудаева. Военная операция оказалась неподготовленной, и танки, подвергшись обстрелу из орудий и гранатометов, достойно ответить на нападение не смогли.
Погибло много солдат и офицеров, посланных, по сути, на убой. Но самым негативным итогом этой бессмысленной авантюры были даже не большие потери, понесенные там армией.
До военного вмешательства режиму Дудаева в Чечне противостояла мощная оппозиция большинства народа, возражавшего против отделения от России. А теперь сепаратисты стали национальными героями. Если до военного вмешательства армии главарей мятежников можно было арестовать как преступников, и чеченцы бы это одобрили, то теперь они сплотились вокруг Дудаева, и ему удалось поднять их на кровавую бойню.