- Конечно, конечно, как же я мог забыть, - на лице Крашкайта читался неприкрытый сарказм, - Орден паладинов да обратил внимание на простых работяг? Это уже что-то невероятное.
Тут между Крашкайтом и Ником встал огромный рыцарь, облачённый в позолоченный доспех. Это был Хемвик, брат-настоятель южного ордена "Ветра Востока". Самый бесшабашный орден из всех существующих на просторах страны. Он расположен на берегах Игнейского моря, контролируя узкие морские проливы между Светлыми и Тёмными землями. Морские воины, воины «Ветров» наводили ужас на любого служителя Мрака или контрабандиста, пытающегося проскочить через зону ответственности братства. К слову, несмотря на славу лютых дикарей и варваров, орден «Ветров...» был весьма уважаем, во многом из-за своего лидера. Хемвик был на своём посту уже семнадцать лет и уходить не планировал, мудро выполняя свои обязанности настоятеля, а также иногда помогая решать споры между орденами, если его приглашали.
Укоризненно взглянув на Крашкайта, брат-настоятель «Ветров» покачал головой:
- Зависть - плохое чувство, командор. Никто не ожидал, что на территории «Тёмных стражей» найдутся подобные залежи, ведь изыскания проводили уже не раз. Но это не причина для неуместных острот в их адрес, Крашкайт.
- Верно, ты прав, мой южный друг, - издевательски подняв руки вверх, Крашкайт оскалил зубы в усмешке, - Мне, право, не следовало столь резко отзываться об этом... Ордене, только недавно сбросившем с себя оковы Тьмы и тут же открывшем одну из самых богатых рудных жил в Империи!
- Ты готов, Дан? За этими дверьми располагается место, куда мечтают попасть многие паладины. Даже я здесь впервые, но знаю почти всех из присутствующих.
- Я всегда готов, - голос Дана на мгновение ослаб, но быстро обрёл прежнюю силу, - Я войду туда вместе с тобой, брат-настоятель. Для нас честь попасть сюда.
Кивнув, Никкей прижал ладони к прохладному металлу дверей и толкнул их, легко заставив тяжелые створки распахнуться, явив взгляду двух паладинов широкое пространство залы собраний. Зала представляла собой подобие воронки, от краёв которой тянулись ко дну довольно многочисленные сидячие места, где расположились рыцари, паладины и тамплиеры. Здесь были если не все, то многие ордена, посвященные каждый своему богу. Шагая по бархатной ковровой дорожке мраморного цвета, брат-настоятель рассматривал знакомые лица настоятелей других орденов, а также их помощников. Вот сидит вечно угрюмый Кайт, брат-настоятель северного ордена рыцарей, посвящённых богу-оборотню Ульфхе. А вот и последователь Айке, вальяжно развалившийся на богатых коврах и сияя лучезарной улыбкой. Айке - бог высокого искусства попоек и кабацких драк. Удивительно, что даже такой бог нашел своё место среди Совета орденов. Что же, ведь его собственный бог был немногим сильнее божественного пьяницы.
«Верно, старая обезьяна?»
Ответом ему было молчание, довольно быстро сменившееся карикатурно-старческим кряхтением недовольного существа, чей ментальный голос пробирал до костей:
«И так-то ты обращаешься к своему богу, Никкей! Такое неуважение карается смертью! Ну прояви хоть капельку уважения, а?»
Усмехнувшись, Никкей замедлил шаг, собираясь с мыслями.
«Разве что в следующей жизни, Йайто. Лучше скажи, что происходит в божественных кругах? По какому поводу объявлен созыв?»
Бог на мгновение замолчал, словно смутился. Хотя этого просто не могло быть. Потому что Никкей прекрасно знал, что поведение бога полностью зависит от его приверженцев. Когда-то, когда он только посвятил себя Йайто, это был зашуганный и озлобленный божок, понемногу скатывающийся во Тьму. Просто потому что таковы были его былые служители. Заручившись поддержкой многих недовольных, Никкей переломил эту ситуацию и теперь их орден, пусть и уменьшившись в размерах, был для своих братьев едва ли не теплее семьи. Большой, шумной и весёлой.
И тут мысли немолодого уже настоятеля прервало покашливание его бога.
«Очнись, Никкей, ты сейчас идёшь к Совету. Теперь о твоём вопросе. Нет, я не знаю, что там случилось. Боги почему-то не допускают меня к собранию, да и не только меня. Будь осторожен, брат-настоятель, мне это не нравится»
Согласно кивнув, Ник на мгновение замер, прикрыв глаза, чтобы никто не увидел в них золотистого сияния. Общение с богом заняло время лишь для него, для окружающих же не прошло и секунды. Подняв голову, настоятель в сопровождении своего рыцаря прошёл по ковровой дорожке в сердце зала, на гранитную площадку, огороженную священными символами, призванными не выпустить зло наружу. Здесь обычно выступают с речью благочестивые слуги богов... или же обвиняемые в предательстве еретики.