Зайдя в ванную, я включила свет и подошла к раковине. Смочила запястья холодной водой, после чего тщательно вытерла руки и, опираясь на косметический столик, вгляделась в своё отражение.
Могла ли я раньше хотя бы предположить, что попаду в подобную ситуацию? Нет, конечно. Даже несмотря на местами больное воображение и бурную фантазию.
И вот сейчас человек, которого я последний раз видела на экране плазменного телевизора на кухне у Алины в день моего побега из-под венца, сидит на кухне. Он здесь. В такой непосредственной близости от меня. Красивый. Сексуальный. Достойный восхищения.
Я отошла от зеркала и прикрыла на секунду лицо руками.
Вдох-выдох. Нужно перестать сходить с ума. Не важно, что он Алессандро Кавальери. В первую очередь, он – дядя Алекс. Дядя Ким и Нейта. Просто человек, который поможет мне приглядывать за детьми, пока Элена и Ричард в отъезде. Всё на самом деле так просто. Ведь я здесь именно за тем, чтобы заботиться о детях.
Ну же, Эми, приди в себя!
Вдох-выдох. У меня получится. Алекс для меня не имеет никакого значения. Всё это не важно. И не важно, что он такой милый и приветливый. Не важно, что такой невозможно красивый, и смотрит на меня так, что мысли путаются, а сердце временами перестает биться.
Вдох-выдох. Да и потом, неужели я вообще могу даже мысль допустить, о том, что он когда-нибудь взглянет на меня как-то по-особому? Как на девушку, а не на няньку его племянников. Его всю жизнь наверняка окружают сказочно красивые девушки и женщины. То, что он смотрит на меня как-то не так и заигрывает со мной – лишь мои выдумки. Я выдаю желаемое за действительное, в корне ошибаясь.
Стоп. Хватит. Он всего лишь дядя Натаниэля и Кимберли. Не больше. Это всё, о чем я должна думать, находясь рядом с ним.
Вдох-выдох.
Решительно отвернувшись от зеркала, я быстро вышла из комнаты в коридор, чтобы не соблазниться на вторичную оценку моего внешнего вида, с мысленными предположениями о реакции Алекса. Подойдя к лестнице, я на секунду остановилась, услышав, как с первого этажа доносится веселый голос и смех Алекса.
Похоже, всё-таки это будет сложнее, чем мне казалось. Но я должна держаться молодцом.
Спустившись со второго этажа, я прошла холл и, свернув к столовой, с удивлением обнаружила, что все разместились именно в ней, а не на кухне, как я думала. Остановившись в дверном проеме, я успела оценить ситуацию. Свободное место за столом было одно – рядом с Алексом. Кто, интересно, это придумал? Лучше бы меня посадили рядом с Ким.
– Няня! – воскликнул малыш, заметив меня.
Я улыбнулась ребенку. Алекс, моментально среагировав на радостное приветствие няни своим племянником, обернулся и взглянул на меня. От его взгляда меня тут же обдало жаром, а в коленях почувствовалась слабость. Да чтоб ему!
На секунду мне показалось, что я приросла к полу, но потом я взяла себя в руки, отклеилась от места и зашагала.
Алекс сопровождал меня взглядом, пока я шла к столу, чтобы сесть рядом с ним.
– Твой предыдущий наряд мне нравился больше, – шепнул он мне, как только я села. – Этот длинноват.
Не желая вступать с ним в ироничную дуэль и, тем более, в обсуждение моих нарядов, я просто бросила на него взгляд и, отвернувшись, потянулась за блюдом, на котором лежала курица с помидорами и шпинатом.
– Няня, добавить тебе в жизнь перца? – спросил вдруг у меня Алекс.
Куриная грудка, которую я только что подцепила с блюда, едва не свалилась на скатерть. Изловчившись, я всё-таки пристроила её у себя на тарелке и, поставив блюдо на место, метнула взгляд на сидящего рядом красавца. О чем он, черт возьми?
– Прости, не поняла тебя, – проговорила я, глядя на него, чуть сощурившись, и ожидая очередного подвоха.
Алекс ослепительно мне улыбался.
– Я всего лишь имел в виду, не положить ли тебе картофельное пюре с запеченными перцами? – он невинно похлопал ресницами, продемонстрировав мне блюдо с картошкой.
Ну, конечно. Фраза «не добавить ли тебе в жизнь перца» относилась именно к блюду, приготовленному Эленой на обед. Так я и поверила.
– Да, пожалуйста, – вежливо ответила я.
Хочет меня смутить? Фигушки!
Алекс с наигранно-сосредоточенным видом выстраивал у меня на тарелке кучкообразную горку из картофельного пюре, украсив её сверху запеченным красным стручком перца «Рамиро», воткнув его строго посередине.
Глядя на торчащий перец у меня в тарелке, я почувствовала, как щеки заливаются румянцем. Нет, он издевается надо мной! Господи, дай мне сил!
И что он вообще хотел этим сказать? Почему по воле Алекса из моей тарелки теперь торчит перец?