- Пожалуйста, не пугайтесь меня и присаживайтесь, мисс. - спустя минуту молчания пират оставил свое занятие, неторопливо развернулся и указал девушке на стул с высокой спинкой. - Как вас зовут?
Переведя глаза с капитана на предложенное ей скромное место, Макэффой на ватных ногах преодолела расстояние от двери до стула и опустилась на него; украдкой сжала край платья, силясь совладать с бешено колотящимся сердцем. Тень молодого человека в тусклом свете фонарей напоминала силуэт какого-нибудь жуткого зверя, какими частенько матери запугивают непослушных детишек, чтобы не убегали далеко от дома в непроглядные леса, а танцующий в бездне темных очей недобрый огонек не вселял веру в лучшее. Просьба его показалась девушке жестокой, бесчеловечной. Как можно не бояться того, кто собственноручно отправил на тот свет множествонесчастных душ на одном лишь «Мираже»?
- Мария Макэффой, сэр. - с усилием выдавила она, подивившись собственному тонкому голоску.
- Макэффой...- задумчиво протянул мужчина, немного наклонив голову набок, - стало быть, мой человек не ошибся на ваш счет.
- О чем вы говорите?
- Ну как же, - Джеймс обошел Марию со спины, разместился в кресле за столом и откинулся назад, - раз вы видная гостья, то и отплатить за ваше спасение должны сполна, иначе бы вас тут не было.
От этих откровений в горле девушки пересохло.
« Отплатить? На тетушку и думать не стоит, а что до мистера Коулмана...Он рассчитывает получить деньги за меня с него? Но ведь это невозможно! Уильяму будет проще найти другую невесту, чем идти на поводу у разбойников.»
От отчаяния она готова была расплакаться: ей никто не поможет, никто не вырвет из рук этих мерзавцев и не вернет домой.
- Вы ошибаетесь, за меня некому платить.
-Вы в этом уверены, мисс? Как же ваше благополучие? Я ни за что не поверю, что оно всем в этом свете безразлично, должен же быть хотя бы один бедолага, что заботится о милой барышне.
- Хотите запросить высокую цену с портного?
Глупость с долей грубости, слетевшая с языка напряженной до предела девушки, заставила ее мысленно отвесить себе оплеуху.
« Господи, что я творю? Он же капитан, не привык, чтобы с ним так разговаривали; удавит прямо здесь и плевать ему на деньги...»
- Портной? - скрежет ножек по полу заставил Марию вздрогнуть. - Надеюсь, у него добротный кошелек и короткий язык, мисс, потому что вас ждет очень интересное плавание к берегам, принадлежащим нашему общему знакомому. Яуверен, - пират положил руку на сердце и с притворным сожалением свел брови, - он с нетерпением ожидает возвращения блудной невесты; можете идти.
Дважды повторять девушке не пришлось; она и сама рада была как можно скорее уйти из этого места, подальше от пронзительного, тяжелого взгляда капитана.
Путь до трюма занял совсем немного времени, но за это время Мария успела мало-мальски ознакомиться с устройством линейного корабля, что по праву в свое время завоевал любовь и восхищение офицеров английского флота. Трехмачтовый, двухдечный до зубовмассивныйда вытянутыйкрасавец под белыми парусами имел черную раскраску с желтыми полосами, очерчивающими границу нижней палубы( ихдевушка разглядела, когда подошла к борту, жалуясь на невыносимую качку), приметный кубрик, более низкие по сравнению с «Миражом» бортаи хорошо освещаемую палубу полуюта, где нес вахту рулевой. На носу красовалось бронзовое изваяние трубившей в рог девы, которая словно несчастная заложница проклятого корабля, взывала к небесам за помощью, но так и не была услышана ими, а потому на прекрасном лике ее навсегда застыла великая скорбь. Закоптившаяся труба камбуза не спеша «выплевывала» клубы дума, босоногие матросы отдыхали после боя возле левого фальшборта или играли в кости, прихлебывая ром, а некоторые дремали тут же, прислонившись спиной к переборке, натянув треуголку на глаза.