— А как выглядело этот зверек? — с любопытством спросил я.
— Оно было такой рыжей раскраски, небольшое, мордочка слегка вытянута вперед, и язык такой шершавый, а глаза такие странные вытянутые вверх, — ответила она.
— Странно очень похож этот зверек на кошку, они, насколько мне известно, здесь и не водятся, — задумчиво сказал я. — А этот зверек не мурчал?
— Да он произносил постоянно мур. Так ты встречал раньше их?
— Да, но очень далеко отсюда, — уклонился я от ответа. — Так что было дальше? — постарался я перевести разговор в сторону.
— А дальше, когда я отползала назад случайно задела цепочку, на которой сидело это животное, прикрепленную к поясу этого человека, он нагнулся и увидел нас с Муркой, так назвала я зверька. Ты воришка, сказал он мне, и за это надо наказывать. От его черных глаз мне стало так страшно, что я застыла на месте, а потом он, прошептав что-то, плюнул в меня.
— Из-за этого ты и заболела? А почему сразу ничего не сказала отцу?
— Мне было настолько страшно, что я несколько дней вообще ничего не говорила, а он сразу ушел, забрав Мурку с собой. Почти каждую ночь мне снились эти ужасные без зрачков глаза. Когда мне исполнилось пятнадцать, мне впервые стало плохо, целитель сказал, тогда осмотрев меня что все хорошо. Но чем старше я становилась все чаще и чаще стали появляться ужасные боли в голове. Потом я уже была замужем за барона, он отвез меня к одной ведьме живущей в лесу. Она приказала меня оставить и приехать через неделю.
— И что ведьма не смогла тебе помочь?
— Как только барон уехал, эта седая и очень старая женщина сказала, что она не сможет помочь и это будет со мной навсегда в мою очень короткую жизнь. Меня наложено очень страшное черное заклятие и его она не сможет снять. Она мне написала, как делать один отвар, который сможет хоть частично блокировать действие проклятия, и снять головные боли. В последний год мне перестал помогать и отвар.
— А вы госпожа не предпринимали попытки найти того, кто это сделал с вами?
— Его и не нужно искать он сегодня вечером собственной персоной пожалует к моему супругу, — горько усмехнулась девушка.
Девушка устало откинулась на спинку кресла.
— Госпожа разрешите мне идти, а то дел много, вам надо отдохнуть.
— Постой минутку Дей, я тебе единственному это рассказала, потому что ты для меня сделал самый дорогой подарок, подарил жизнь. Хочешь, я с супругом поговорю, и он тебя сделает очень богатым человеком.
— Госпожа спасибо огромное за доверие, которое вы оказали мне, рассказав о том, как все это произошло. Для меня самый огромный подарок, это чтобы такая красивая женщина как вы не страдала от боли, а цвела как весенний цветок. Так что мне ничего не нужно.
— В твоих словах, слышатся отголоски благородного воспитания, очень внимательно рассматривая меня, задумчиво сказала Изабелла.
Неожиданно я ей подмигнул она, от удивления даже распахнула свои красивые глаза.
— А насчет того, кто сотворил такое с маленьким ребенком, пожалевшим животного, не сомневайтесь, бог его накажет.
— Дей спасибо тебе за все, что ты для меня сделал, теперь я, наверное, вернусь домой к отцу, муж меня все равно уже похоронил. Единственное знай, что род Давлий перед тобой в неоплатном долгу, носящий маску слуги.
— Я СЛУГА, и мой долг служить вам, — отчетливо произнес я.
— Да можешь быть свободен, и спасибо, что выслушал, ты единственный кроме меня, кому я это рассказала, хотя даже сама не знаю почему. Наконец, за долгое время у меня на душе воцарилось спокойствие, как будто ты исцелил не только мое тело, но и душу.
— Спасибо огромное за доверие для меня эта большая честь, — поклонившись, сказал я.
Я вышел с непонятными чувствами об этой молодой красивой женщины, но успевшей за короткую жизнь, хлебнуть столько боли и страданий, и все это из-за простой жалости и добродетели. Мне хотелось того, кто это сделать просто, разорвать голыми руками. Я сожалел, что не спросил её, кто это был, но возвращаться уже было поздно.
Я шел по коридору, как внезапно из-за поворота показался барон собственной персоной, его сопровождали человек десять в черных балахонах. Лицо одного из них очень мне показалось знакомым, а потом я вспомнил, что это он заносил, в тех проклятых пещерах, нож над моей Викой. А я ему тогда помешал, уничтожив заодно и алтарь.