Выбрать главу

— Я хочу поговорить с магистром Элизиром, — сказал я монаху.

— Ему уже доложили о вашем визите, он сейчас будет, — сказал монах.

Внутренне убранство отличалось аскетизмом, стены каменные не занавешены гобеленами, только стол и пара лавок. Вообще то было чему удивляться, два месяца назад на этом месте еще ничего не было, а теперь вырос монастырь. Его уже обжили монахи. Мои размышления прервал вошедший Элизир.

— Добрый день сэр Лей, полковник Диим, — поздоровался он.

— Диим уже генерал, уточнил я. — Здравствуйте верховный магистр.

— Поздравляю вас Диим с повышением, — сказал Элизир.

— Я вот хотел спросить, как вы смогли за не полных два месяца отстроить целый монастырь, обычно его годами строят.

— Мы наняли шестерых магов строителей, и они по готовым чертежам возвели его, а обычные люди строители уже доделывали. Еще много что надо сделать но, к сожалению холода, помешали этому.

— Я и не знал, что существуют такие умельцы, вот бы мне на службу хотя бы парочку, — мечтательно протянул я.

— Слышал, обсуждали они как-то между собой, что здесь город богатый и строительства ведется много, и они не прочь предложить свои услуги. А сейчас они отбыли назад в империю по своим делам, — сказал он.

— Было бы замечательно магистр Элизир. — Может вам, нужна какая-то помощь, понимаю, что вы только фактически обживаетесь.

— Сэр Лей мы вам готовы предложить за вашу помощь продовольствием, свои услуги, обучение воинов, например.

— Элизир мы вам и так будем помогать, вы и так много для меня сделали.

— Спасибо сэр Лей, — сказал паладин. Хотите, я вам покажу наш дом.

— С удовольствием, я если честно первый раз попал в божью обитель, раньше как то не доводилось.

— Тогда прошу за мной, — сказал паладин, поднимаясь с лавки.

Мы по длинному коридору попали в зал, в котором стояло два длинных стола с лавками.

— Это наша трапезная, в ней может, одновременно принимать пишу около ста человек.

— А много у вас монахов? — спросил я.

— Нет, наш монастырь не большой, в нем постоянно проживает около пятидесяти человек, и еще братьев двадцать находятся вне стен монастыря.

— И все паладины? — воскликнул я. — Это же фактически непобедимая армия.

— Нет, к сожалению паладинов только двенадцать человек во главе со мной. Остальные монахи это воины прошедшие специальное обучение. Они отличаются от нас только тем, что не могут применять божественный дар исцеления, и нет у них защиты от магии.

— Но почему? — у них нет дара к магии?

— Нет, когда сюда попадает маленький мальчик, он проходит трудный путь обучения души и тела, и только самые лучшие допускаются в сердце нашего монастыря. Это специальный зал, где адепт проводит в молитвах с нашим богом Хранителем. И если бог считает что, если он достоин, то проводит инициацию, и наделяет божественными дарами. Только после этого он становится паладином.

— А если бог посчитал его недостойным, то он становится монахом в монастыре.

— Да, из десяти моих учеников только один стал паладином, — грустно сказал Элизир.

Пока разговаривали, паладин привел нас в длинный зал, с множеством дверей.

— Это кельи монахов, здесь они отдыхают.

Комнатка была маленькой, ничего лишнего в ней не было, только большой сундук, служивший одновременно постелью, стол и стул. Больше в ней ничего не было только каменные стены.

Второй выход из этого коридора ведет в небольшой храм, где послушники проводят время в молитвах, если не заняты с работой.

А вот зал самого храма были украшен великолепной резьбой, стены покрыты гобеленами изумительно тонкой работы. В дальнем конце зала на небольшом возвышении стояла статуя бога Хранителя, опирающегося на меч, и устремив задумчивый взгляд вдаль. Самое интересное, что лик статуи очень кого-то мне напоминал, только увеличена раза в три.

— Сэр Лей я вам хочу показать наш особый зал, — он прошел сквозь зал.

Возле статуи потянул какой-то рычаг, часть стены ушла в сторону, открывая проход.

— Диим можно вас попросить подождать здесь, — сказал Элизир.

Мы прошли в небольшой зал, в центре его стояла статуя сделанная такое ощущение из серебра. Она стояла на небольшом постаменте, не было привычного алтаря.