— Да ты прав брат, тогда мы хорошо надавали им, — довольно закатив глаза, — сказал Арагон. Наших топоров они побаиваются, а вот к людям довольно часто наведываются. Порой, оставляя после себя только пепелище и трупы, пытавшихся защищаться крестьян. Нападать они предпочитают ночью.
— А что это у них верховный вождь объявился, если ты говоришь, что они воюют между собой? — спросил я.
— Про Угорла- Пака Грозного я к сожалению знаю мало, известно что он был вождем отдаленного племени, и как-то снизошло на него просветление. Поговаривают, что бог его наделил не гаурдовской силой, и ему нет равных в поединке. Но это все слухи, к сожалению достоверной информации нет.
— Гаурды уважают только сильных, а со слабым они не будут разговаривать — добавил Араиэль.
— И что мне теперь делать? — спросил я.
— Я думаю, что тебе надо пойти, это поможет сильно прояснить перспективы на ближайшее будущее. Я выделю тебе своих гномов в сопровождение, хоть мы и не любим, ходить по земле, но если все пройдет удачно, можем получить очень ценную информацию.
Через час я снова принимал гаурда в своем кабинете.
— Мы выйдем в полдень, со мной будет небольшой отряд на всякий случай.
— Солдаты не нужны, верховный вождь дает тебе слово о неприкосновенности, — прорычал гаурд, но в этот раз в его интонациях я с удивлением заметил опаску.
— Любого вождя в первую очередь играет свита, — сказал я. — Поэтому я их беру с собой.
Тот задумчиво поскреб под шапкой голову, а потом согласно кивнул.
До обеда оставалась около часа, и я пошел домой собраться. Быстро собрав вещи и натянув доспех, я уже давно обнаружил интересную вещь, в нем зимой было тепло, объяснить такой загадки я так и не смог. Накинув теплый плащ поверх, я спустился вниз, как слуга подошел, сказал, что меня уже ждет эскорт. Арагон послал со мной пять гномов, еще двух эльфов отправил Араиэль, и мой генерал отобрал пятерых самых лучших солдат. Все они были, тепло одеты, хоть у нас сегодня было довольно тепло, но все понимали, что в горах будет очень холодно.
Отдельно от всех стоял гаурд, в обсуждениях он не принимал участия, но было видно, что ловит каждое слово.
— Ну что гаурд мы готовы к отъезду, — сказал я, когда все расселись на санях.
Часа через три мы добрались до подножия гор, разгрузившись, отправили сани обратно, а сами навьючили на себя вещи, теплые одеяла и продукты. Так как ночевать нам все-таки придется в горах.
Перед тем как двинулись дальше гаурд, наконец, соизволил провести краткий инструктаж.
— Слушайте меня внимательно, иначе вас ждет смерть — сказал гаурд.
После этого он двинул вдоль горы, медленно забираясь вверх по склону. Снега было не много и поэтому поначалу идти было относительно легко. Но когда мы уже углубились в горы, поднялся ветер, он бросал снежную крошку в лицо. Несколько раз кто-то да срывался вниз по склону, или невидимые под слоем снега трещины, отряд останавливался, помогал выбраться. Когда это в первый раз случилось, гаурд равнодушно бросил, что нет времени на спасательные работы, и провалившегося под снег гнома надо оставить. Но я ему ответил, что если он хочет идти, то свободен, а мы займемся помощью. Он не ушел, а мы, провозившись, минут двадцать помогли гному выбраться из снежного плена.
Уже смеркалось, когда один из гномов пошептавшись со своими товарищами, обратился ко мне.
— Сэр Лей тут недалеко есть пещера, где можно переночевать.
— Хорошо давай показывай дорогу, а то ночью опасно идти.
— Слабые и трусливые людишки, и за чем только Великий послал это испытание, — донеслось до меня бурчание гаурда.
Меня сразу захлестнула волна ярости, и я одни длинным прыжком подскочил к гаурду, схватив его за одежду, приподнял над землей. И смотря в его расширенные глаза, прошипел:
— Ещщще рашш услышшшу такие шлова и одним глупым гаурдом будет меньшше. Тебе всссе понятно?
Тот в ответ только закивал головой. Я разжал судорожно сведенные пальцы и гаурд растянулся на снегу. Я подошел к небольшому выступу и зачерпнул на нем снега, приложил его к пылающему лицу, пытаясь хоть немного успокоить рвущуюся из нутрии ярость. Что-то в последнее время я часто стал впадать в гнев, и это вызывало беспокойство. Наконец более менее успокоившись, я повернулся к остальным членам нашего отряда, и найдя почему-то отводившего взгляд гнома, предложившего ночевку.
— Показывай где пещера, — приказал я ему.