Тарли победил Золотых Мечей, отбросил Черную Рыбу с Рубинового брода, взял Кровавые Врата, помог захватить Долину и совсем недавно вместе с Талли покорил Близнецы.
После вероломного предательства Болтонов Джейме сумел свести битву у Холма к ничьей и сохранил войско. Он выдержал стояние на Рубиновом Броде, захватил Чаячий город и сумел уничтожить дракона…
Ну и кого мне выбирать? А выбирать необходимо, так как два командующих — это хороший шанс, что все накроется медным тазом.
Подумав, я назначил именно Джейме главным. Рендилл Тарли затаил обиду. Он промолчал, но посмотрел на меня так красноречиво, что я понял — к этому разговору мы еще вернемся, и он постарается так все вывернуть, что я буду обязан компенсировать эту обиду.
Джейме и Рендилл решили применить стратегию, которая называлась «обход во времени». Наш правый фланг приносился в жертву, позволяя противнику его продавить и устремиться в прорыв вдоль берега Синего Ручья. Тем временем центр держится изо всех сил, а левый фланг должен перебить противника и по внушительной дуге погнать его назад, одновременно заворачивая оба войска так, что во второй фазе боя вся армия противника оказывалась прижатой к воде.
Примерно так хотел действовать Тайвин Ланнистер во время знаменитой битвы на Зеленом Зубце, когда поставил на свой левый фланг самых слабых и необученных бойцов, а заодно и горцев Тириона. Тогда ему противостоял Русе Болтон и он не попался в ловушку. Сегодня перед нами стоят другие люди, и мы надеялись, что все у нас получится.
На самом деле никто не собирался приносить в жертву правый фланг. Ему просто нужно простоять некоторое время, а потом начать медленный отход назад, заманивая противника. Пожалуй, это самый сложный участок битвы и там необходимо произвести очень непростой маневр и добиться того, чтобы наши силы не побежали. Именно поэтому это направление и возглавил Рендилл Тарли.
Под надежной охраной и прикрытием самострелов я чувствовал себя относительно спокойно и с любопытством наблюдал, как правее меня и чуть позади король Джоффри расположился вместе со всеми своими людьми. Там гордо реяли флаги Ланнистеров и Баратеонов, сверкало превосходное оружие, суетились Королевские Гвардейцы и самые знатные рыцари.
Все это было бутафорией. Вчера на совете я предложил использовать одну хитрость — нарядить простых воинов и рыцарей в королевские одежды, вручить им знамена и гвардейские плащи и сделать так, чтобы они изображали короля Джоффри и его свиту. Вокруг них мы расставили наибольшее количество самострелов и лучников, и всеми силами надеялись, что Дейенерис Таргариен, наблюдая с воздуху картину боя, не удержится и захочет покончить со всем одним молниеносным и смертоносным ударом.
Совет пришел в восторг, услышав мой план.
— Определенно, Ланн Умный или Тирион это бы одобрили, — ухмыльнулся Джейме.
— Это может сработать, — бесстрастно кивнул лорд Тарли.
Все понимали, что те, кто будут изображать короля и его свиту, подвергаются чудовищному риску. Поэтому и брали на эту роль добровольцев, но и награда их ждала соответствующая. Если дракон клюнет на приманку, то рыцарей ждал титул лорда и небольшой замок. Простым воинам обещалось звание рыцаря, хорошие наделы земли и приличные призовые.
Желающих набралось порядочно. Все ж таки многие оценивают риск на войне как неизбежное зло, а саму войну как шанс поправить свое благосостояние. Ну да, шанс погибнуть возрос, но кто сказал, что он неизбежен? Говоря откровенно, это в менталитете всех людей — всегда думать, что возможная опасность коснется кого-то другого, но не меня.
Ночь перед боем выдалась беспокойной. Нас тревожили драконы, но мы погасили все огни, кроме тех, вокруг которых организовали засады. Дейенерис прилетела, пожгла пустые повозки и палатки, а потом отлетела обратно под градом стрел.
Больше трехсот человек все же пострадало, но мы считали это не самым страшным фактом на свете.
Мало кто из людей сумел уснуть в ту ночь… Даже самые смелые не могли не думать о драконах и том, как все может обернуться.
К рассвету все немного пришли в себя, тут и там начался слышаться смех и незамысловатые шуточки.
Вместе со Святым Отрядом я объехал все войско, пытаясь подбодрить людей и показать, что король вместе с ними разделяет опасность и не собирается никого бросать. Кажется, многие после этого приободрились.
— Как мы и предполагали, на нашем левом фланге Мартеллы поставили всех «конеебов», — перед самой битвой мы все забрались на небольшой холм и осматривали, как могли, вражеские позиции. Сейчас Джейме показал рукой туда, где выстраивалась темная масса дотракийцев. Отсюда, издалека, они казались просто несокрушимыми.
«Пташки» Квиберна и люди Орма не подкачали, и мы достаточно точно знали численность вражеских войск. Общее количество врагов достигало сорока семи тысяч, а дотракийцев здесь собралось двадцать три тысячи, и естественно, их выставили на том фланге, где больше открытого места и где конница имеет возможность разгуляться.
Не так давно, на одном из заседаний Малого Совета Тирион пошутил, назвав дотракийцев «конеебами». Да этого их называли по всякому — и кочевниками, и дикарями, и скотоводами, и ордой… Конеебов еще не было, но слово понравилось и запомнилось. Ныне это прозвище разошлось очень широко, и все наше войско называло дотракийцев именно так.
Центр у врагов занимали Безупречные — двенадцать тысяч, который поддерживали четыре тысячи дорнийских пехотинцев. Их стройные, будто выверенные по линейке построения внушали серьезные опасения. Утреннее солнце сверкало на жалах поднятых копий.
А вот напротив нашего правого фланга встала дорнийская конница. Перед Тарли расположился цвет Дорна и сейчас ветер лениво играл с их знаменами — солнце Мартеллов, решетка Айронвудов, коронованный череп Манвуди, три скорпиона Кворгилов, рука Аллирионов, черный гриф Блэкмонтов и синий ястреб Фаулеров.
Там колыхался целый лес более мелких знамен и вымпелов. Всем было ясно, что Дорн вышел на Клеверное поле во всей своей мощи.
Глядя на дорнийцев, их выучку, экипировку и решительность, многие решили, что они ни в чем не уступают прославленной коннице Запада. Их насчитывалось около восьми тысяч копий, и на наше счастье, больше половины представляло собой легкую конницу, а вторая часть состояла из закованных в железо рыцарей.
Это была мощь и сила! Нашему правому флангу придется невероятно трудно.
Джейме так же придется попотеть — дотракийцев намного больше, хотя ни мы, ни сами коневоды наверняка не знали, как они покажут себя в сражении с тяжеловооруженными всадниками.
Где-то позади дорнийцев летали два дракона, и все понимали, что и Дейенерис готова нас удивить. Люди ежились и поминали богов, наблюдая за смертоносными силуэтами.
— Всё, я поскакал на свой фланг. Действуем, как и договорились, — Тарли повернул коня и повел свой небольшой отряд направо. Дерн летел из под копыт их коней.
— Держись, Джофф, — Джейме хлопнул меня рукой по плечу и в сопровождении сотни рыцарей, оруженосцев и вестовых направился налево.
— Можешь рассчитывать на меня, — Эдмар Талли кивнул и ускакал к своему резервному полку.
Мы спустились к войскам и заняли позицию чуть позади основных сил, немного слева.
На миг наступила почти абсолютная тишина. Лишь изредка ржали кони, да ветер хлопал полотнищам знамен.
А потом на стороне противника запели рога и медленно, неспешно наращивая мощь для удара, их конница стронулась с места. Одновременно с этим два дракона взяли курс на наши позиции.
Битва на Клеверном поле началась!
Рендилл Тарли
Никогда он не жалел, что отправил своего сына Сэмвелла на Стену. Поначалу, когда мальчик родился, он возлагал на него большие надежды. Тарли всегда отличались воинственностью и неприхотливостью. Правда, иногда и в их стаде заводились паршивые овцы. Вот и Сэм стал таким. Вернее, не смог стать нормальным Тарли.
В первые лет восемь Рендилл надеялся вырастить из сына что-то путное. Он учил его сражаться, сидеть на лошади, разбираться в картах… Это не действовало и тогда пришлось приглашать и мейстеров из Цитадели и даже колдунов из Кварта. Все оказалось бесполезно — Сэм рос тихим, боязливым, и очень рано начал набирать вес, предпочитая вкусную еду и книгу ратным упражнениям и охоте. Что там говорить, если вид потрошенных на охоте животных вызывал у него тошноту! Разве таким может быть будущий воин и лорд Рогова Холма? Да и мать его сильно разбаловала.