Сам Джейме вышел из боя, ускакал в тыл своему флангу, быстро сориентировался в новых обстоятельствах, собрал войско в кулак и ударил. Это было мощно и эпично — рыцари Вестероса показали изумительную выучку и невероятную слаженность. Они ударили единым фронтом, действуя, как один человек.
Испуганные дотракийцы разлетелись в стороны, как утки, когда из небес их стаю бьет один единственный кречет.
Гортанные крики скотоводов, яростный вой, стоны и боль ударили как мощный, всесокрушающий колокол. Я невольно поежился — Джейме взял ситуацию в свои руки, и всем стало ясно, что теперь там просто убивают. А это Ланнистеры умели делать едва ли не лучше всех в Вестеросе. Нет жалости, нет сомнений, нет пощады…
Джейме погнал дотракийцев перед собой, огибая все сражение по широкой дуге и заходя оставшимся Безупречным в спину.
Рендилл Тарли, не знаю уж, как он это все увидел на своем фланге, наоборот, начал отступление. Со стороны все это выглядело так, словно Дорн начал побеждать.
Дорнийцы явно взбодрились и, похоже, почувствовали, что для них еще не все потеряно. Они ударили так мощно, что спустя несколько минут от Тарли прискакал вестовой. Оказалось, что я ошибся, лорду Рогового Холма действительно потребовалась помощь и отступление он не изображал! Его действительно сильно теснили.
Дорнийцы словно поняли, что сейчас еще ничего не решено, что у них остались шансы на победу. Они ударили невероятно мощно и едва не опрокинули наш правый фланг.
Я отослал Тарли весь пеший резерв в количестве двух тысяч человек. Запели рога и люди побежали…
Около получаса все висело на очень тонком волоске. Рендилл Тарли, огрызаясь, продолжал пятиться и пятиться назад. Сражающихся воинов словно выкашивало огромной косой.
Звонко пели дорнийские рога, а их горделивые знамена — Мартеллы, Айронвуды и Фаулеры, позабыв о тысячелетней вражде и взаимной ненависти, объединились в один мощный кулак и продолжали бить, резать, колоть…
Атакующий порыв Джейме тем временем остановил вражеский резерв и все вновь застыло в неопределенности.
Солнце между тем практически достигло зенита. Бой продолжался несколько часов и люди с обеих сторон начали выдыхаться. Руки уже не держали оружие с прежней силой, былой азарт поутих, и битва стала утомлять…
В один из моментов дорнийцы подошли еще ближе и невольно подставились. Наши стрелки принялись закидывать их стрелами. Тем более, стрелять приходилось им во фланг, и это было удобно.
Дорнийцы смешались, утратили порыв и завязли в наших построениях.
Через час Джейме, проявив невероятные лидерские качества и чудеса организации, прорубился сквозь последние резервы противника. Его рыцари, оставляя после себя перепаханное копытами поле, заваленное мертвыми дотракийцами и их лошадьми, умирающими и стонущими, оглушенными и ранеными, прошли по дуге и ударили в тыл Безупречных, одновременно сбивая всех врагов и неуклонно сдвигая их к водам Синего Ручья.
Часть дотракийцев сумела вырваться из ловушки. Эдмар Талли со своей тысячей погнал их куда-то на юг.
И все же Безупречные не побежали и не покинули свою королеву. Они сумели перестроиться и несмотря на то, что их окружили с трех сторон, продолжали убивать моих людей, наваливая целые горы трупов.
В тот день Безупречные показали, что они могут быть ровней нашей самой лучшей пехоте.
Джейме прислал оруженосца с просьбой помочь. Я знал, что просто так он не будет просить помощи и коль уж попросил поддержки, значит ситуация действительно тяжелая. Я медленно огляделся. Войск больше не оставалось. Все резервы оказались вычерпаны до дна. Осталась лишь Святой Отряд, Честь и Доблесть, Ревущий Огонь, мои телохранители и свита.
— В атаку, поможем лорду-командующему! — я плотнее уселся в седло и обернулся к Феллу. — Веди наш отряд по дуге, вот так, — я показал мечом направление.
Он кивнул, признавая целесообразность маневра.
Мы тронулись шагом, медленно и неотвратимо наращивая ход и огибая все еще сражающийся центр и утихающий на месте гибели Дрогона огонь. Казалось, земля содрогается в такт скачки. «Бум-бум-бум» били копыта коней, и эхо этих ударов будоражило кровь. На миг, среди смрада и вони, я почувствовал тонкую нотку аромата Клеверного поля. Сейчас вместо некогда великолепного цветочного ковра осталась сырая и грязная, перепаханная тысячами копыт и ног, земля. Она продолжала жить и дышать.
Со мной отправился Уильям Муттон, Джон Ройс, Святой Отряд, все королевские гвардейцы и Тирек Ланнистер.
Гордик Шелби, собрав свой отряд Честь и Доблесть, устремился в центр.
Всё, мы израсходовали последние резервы. И сейчас все зависит лишь от нас самих.
И я уже знал, какое сильное влияние оказывает на поле боя непосредственное присутствие короля.
Рольф Кит развернул огромный королевский штандарт со львом и оленем. Сейчас, когда остался всего один дракон, да и тот без всадника, это уже можно было сделать.
— Король с нами, король Джоффри с нами! — одновременно закричали несколько луженых глоток.
Весь наш клин — меньше тысячи человек, ударил аккуратно в стык между остатками Безупречных и прижатых к ним дотракийцев.
Копья ломались с сухими щелчками, кого-то подняли выше голов, кто-то упал и был затоптан лошадьми.
Серебряный Топор пробил врагов и продолжал давить всей массой нашего строя. Я оказался где-то посередине клина, сместился к краю и принялся раздавать удары направо и налево, действуя копьем. Когда оно застряло в чьем-то теле, я выхватил Ветер Перемен.
Череда оскаленных, хрипящих, матерящихся, злобных, умоляющих лиц мелькали, и я не успевал что-либо выделить и ничего понять в этой круговерти. Несколько раз меня пытались достать. Телохранители вовремя вмешивались, один раз я принял копье Безупречного на щит, а второй просто отклонился и оно чиркнуло по доспехам.
Я не лез в самую гущу схватки. Сегодня хватало и простого моего участия в бою.
И вновь удача начала клониться на нашу сторону. И теперь ничего не могло ей помешать. Противник, так же как и мы, ввел все резервы в бой и оба войска полагались лишь на силу своих рук, на упорство и волю к победе.
Остатки свирепых и неудержимых дотракийцев, которых Джейме прижимал к Синему Ручью, не выдержали первыми. Они развернули своих лошадей и устремились на прорыв, раскидывая союзников в попытках спасти жизни. Дотракийцы смяли остатки Безупречных и вырвались из ловушки…
Наших воинов едва хватило, чтобы полностью окружить оставшихся врагов, прижав их к Синему Ручью.
К тому времени я уже вышел из боя и отскакал назад, взобравшись на один из пригорков. Мне было хорошо видно, как внизу, где волны реки окрасились в розовый, люди выдохлись и теперь застыли, разделенные совсем небольшим расстоянием. Все тяжело дышали, но сдаваться не собирались.
Я обратил внимание, как ко мне направляется отряд из десятка человек. Впереди скакал Тирек — без шлема, в разорванном плаще и помятых доспехах, с кровью на лице. На седле перед ним кто-то лежал.
— Смотри, Джофф, кого мы доставили, — он резко, так что дерн полетел из под копыт, остановил лошадь. В следующий момент Тирек бросил на землю обнаженное женское тело.
Девушка была без волос, перепачканная кровью и землей, с неестественно вывернутой рукой… И все же я узнал ее. Вернее догадался, кто это может быть.
– Это Таргириенская шлюха, — усмехнулся Тирек. И стоящие вокруг меня люди закричали и засвистели, вскидывая вверх мечи и копья.
— Отлично, Тирек! — я широко и устало улыбнулся. Сил на серьезные эмоции просто не осталось. И все же Дейенерис сумела выжить в том аду, что был на месте горящего Дикого Огня и погибающего дракона. Невероятно! — Герольд, накинь на нее что-нибудь и отвези к архимейстру Марвину. Пусть он ее осмотрит и окажет помощь. Охраняй ее, а потом свяжи.
— Да ты что, Джофф? Лечить эту суку собрался? Голову ей отрубить, — зло выкрикнул Тирек и часть воинов поддержала его смутным гулом.
— Э, нет, — я обвел взглядом окружающих меня людей и заметил, как они медленно умолкают. — Так просто она не умрет!