— Шок, — констатировал эльф, обходя мертвых Гончих и вытаскивая из их тел свое оружие. — Когда этих тварей выводили, Крон постарался на славу. На эльфов они оказывают шоковый эффект, во всяком случае, при первой встрече с ними. Ты не можешь сопротивляться, не в силах сражаться, ты почти что парализован. Те, кто бьются с ними часто, могут пересилить себя, но те, кто встречается впервые, обычно не в состоянии даже руку поднять. Так что Рада очень хорошо справилась, даже смогла оказать сопротивление. — Алеор вытащил из тела Гончей свой меч и принялся тщательно отирать его о шкуру убитой твари. — Думаю, это из-за того, что эльфийского в ней — только цвет волос.
— Почему же тогда с тобой ничего не случилось? Ты уже встречался с ними? — Лиара спохватилась и принялась аккуратно поливать водой ладони Рады. На них виднелись глубокие рваные раны, но судя по ее ощущениям все кости были целы.
— Пару раз, — расплывчато отозвался эльф. — К тому же, я потомок Ирантира, его проклятая кровь течет в моих жилах. Вряд ли эти Гончие страшнее Тваугебира.
Лиара придерживалась совершенно иного мнения. Она вообще не верила в то, что эти твари реальны, во всяком случае, до сегодняшнего дня. Редко в каких сказках и песнях упоминалась Свора во главе с Псарем или Пастырем Ночи, как их иногда называли, и сказания эти были такими же старыми, как сказки об Эвилид или Крылатой Гвардии Крона. Вживую их не видели в Этлане очень давно, даже в Хмурых Землях.
— Так почему же сейчас? — подумала она вслух, и вздрогнула, когда Алеор ответил:
— Мне тоже очень хотелось бы это знать. Сколько усилий затратил Сети’Агон для того, чтобы протащить этих тварей сюда так быстро, да еще и троих! И все затем, чтобы уничтожить нас. — В голосе его прозвучал невысказанный вопрос, и Лиара невольно обернулась к эльфу. Он стоял возле костра, окруженный отблесками пламени, и лицо его было задумчивым и отрешенным. — Или не уничтожить, — добавил он, уже почти что для самого себя, так тихо, что Лиара едва расслышала.
Она открыла рот для того, чтобы подробнее порасспросить эльфа, но тут издали раздался какой-то вскрик. Обернувшись на звук, Лиара заглянула прямо в глаза капитану стражи. Тот стоял чуть в стороне, у самого края дороги, и, открыв рот и безмолвно двигая челюстью, смотрел на трех поверженных Гончих и методично вытирающего меч Алеора, а за его спиной толпились его стражники с таким видом, будто готовы были прямо сейчас убежать прочь отсюда, куда глаза глядят.
— Что?.. — голос капитана дрожал. Он указал трясущейся рукой на поверженных тварей и не смог издать больше ни звука.
— Это? — Алеор вопросительно ткнул острием меча лежащий подле его ног труп. — Это — Гончие Тьмы, и их послали за женщиной, которую вы преследуете. Вы все еще хотите захватить ее? Или просто уедете прочь?
Рада вновь громко чихнула, да так, что едва не вывалилась из седла, и Лиара вырвалась из воспоминаний, рассеяно оглядываясь по сторонам. Ехавший впереди Алеор громко хмыкнул в ответ и поинтересовался:
— Какие еще загадки прячутся в тебе, Радушка? Помимо того, что ты спишь, ешь в три горла и абсолютно ничего не чувствуешь в окружающем мире, ты еще и болеть научилась? Может, это нам стоит взять у тебя пару уроков, каково это — быть человеком?
— Отстань, — глухо пробурчала Рада, еще глубже натягивая капюшон. — И без тебя тошно.
Эльф только усмехнулся и отвернулся, глядя на укрытую завесой мороси дорогу впереди. А Лиара, бросив на него укоризненный взгляд, подвела Звездочку поближе к черному кусачему жеребцу Рады и тихонько спросила:
— Как твои руки?
Несколько секунд под капюшоном было тихо, потом Рада все-таки повернулась к ней и недовольно проворчала:
— Болят.
— Разрешишь мне посмотреть? — Лиара осторожно потянулась к ней, и Черный Ветер, поколебавшись, показала ей ладони.
Из-за сырости повязки, которые они наложили на поврежденные участки кожи, размокли, и толку от них было не слишком-то много. Лиара тщательно осмотрела потемневшую ткань (Рада уже успела где-то изгваздать бинты, и теперь они были похожи на поношенные грязные портянки), однако, свежей крови на них не выступило, и это уже было хорошо. Тихонько вздохнув, она прикрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь почувствовать раны Рады.
Это походило на болезненно пульсирующий алый огонек в темноте. Заразы или нагноения Лиара внутри не чувствовала, однако все равно раны затягивались слишком медленно, и им был нужен хороший уход, а не то, чем они перебивались сейчас.