Когда Рада в очередной раз попросила проверить, не чувствует ли она чего плохого вокруг, Лиара наотрез отказалась. Даже закрыв свое сознание, свернув его внутри физического тела и сосредоточившись только на своих ногах и руках, она все равно чувствовала себя так, будто ее заживо выворачивали наизнанку и травили этой гнилостной вонью. Через час пути ее впервые вырвало, через два она перестала смущаться этого и ехала, едва живая, болтаясь в седле кулем. Теперь Рада вела ее кобылу за поводья, удержать их у Лиары уже сил не было. Она могла только тяжело наваливаться на луку седла, моля о том, чтобы не упасть в эту грязь.
Перед глазами все кружилось, и в голове бродили странные мысли. На какой-то миг ей подумалось, что стоит лишь коснуться земли, как она тоже без сил рухнет на гнилые кочки и расползется на волокна, которые впитает в себя жижа болот, как и все здесь. Потом сознание вернулось, и Лиара поняла, что Рада поддерживает ее под плечи и шепчет что-то успокаивающее. Привалившись к ней, она закрыла глаза, тяжело дыша и вымаливая у Великой Матери защиты. В этом краю было плохо, совсем плохо, гораздо хуже, чем она могла предположить, и теперь Лиара просила лишь о том, чтобы они поскорее покинули это место.
В конце концов, им пришлось остановиться. Уже почти что в полубессознательном состоянии Лиара указала место на дороге, где тоннель был максимально крепким, без пробоев и дыр, и Рада скомандовала привал. Слезая с коня, Лиара думала о том, что сейчас просто умрет, как только ноги коснутся земли, но ей хватило сил даже на то, чтобы стащить свою скатку одеял, устроить ее на поваленном охранном столбе и рухнуть сверху.
На какой-то момент она почти полностью отключилась. Перед глазами мелькали только черные пятна, наползая на нее со всех сторон и грозя задушить. Лиара вяло отбивалась от них, но что-то мешало ее рукам. Издали, кажется, из другого мира, выплыл голос Рады:
— Ну что же ты, искорка? Что с тобой? Маленькая, потерпи! Подержись еще немного! Скоро все будет хорошо!
Лиара поняла, что это именно руки Рады мешают ей двигаться, потом почувствовала ее тепло, такое родное, такое нужное, и инстинктивно сжалась в комок в ее объятиях, прижимаясь лицом к ее рукаву. Темнота медленно уходила прочь вместе с тихим, успокаивающим голосом Черного Ветра, и она начала приходить в себя.
Вернулись мысли, ворочаясь в голове неохотно и тяжело. Лиара заморгала, видя перед глазами слабый свет дня, затянутого желтой пеленой испарений. Ей было так плохо, как никогда в жизни, словно весь свет мира отняли у нее, заменив этой гадостью. Кожу стянуло шершавой коркой, колющейся и болящей, поднялся жар, и Лиара ощутила, что горит. Она была уже не в состоянии бороться, а потому просто прижалась лицом к рукаву Рады и тихонько взмолилась про себя: Великая Мать, не оставь, помоги! Ты видишь, я больше не могу, и я прошу тебя! Пожалуйста! Отведи морок!
Медленно-медленно, буквально по ниточке, все плохое начало отступать прочь. Лиара тихонько лежала, вздрагивая в лихорадке в кольце рук Рады, и боялась поверить, продолжая просить и молиться и чувствуя, как давление и разложение бледнеют. Сначала в мокром воздухе ей почудилось легкое дуновение ветра, потом медленно спал жар, а саму ее перестало колотить. И в груди росло и росло что-то, все укрепляясь, набираясь мощи, какая-то странная дрожащая золотая нота. Так уже было один раз, когда я сожгла Гончих. Великая Мать, ты отвечаешь мне? Золото разгоралось все сильнее, увереннее, согревая, отгоняя прочь мрак и вонь разложения, и, в конце концов, Лиара почувствовала себя лучше. Не так хорошо, чтобы вскочить и плясать на месте от радости, но достаточно, чтобы больше не терять сознание.
От всей души поблагодарив Великую Мать за защиту, она, наконец, выбралась из тяжелой пелены своих мыслей. А следом за этим до слуха дошел и тихий голос Рады, в котором слышалась тревога и нежность.
— … потерпи, искорка! Сейчас тебе станет чуточку полегче, и мы поедем назад. Не надо мне было тащить тебя сюда, да я и не подумала даже о том, что тебе здесь может быть так плохо! Ты только потерпи! Сейчас еще пару минут полежишь, и поедем обратно.