— Замечательно! — промурлыкал Лавай, отпивая глоток и ставя чашку назад. Его глаза вонзились в Гардана. — А теперь рассказывай, мой дорогой, чем я могу тебе помочь?
Гардан потянул время, опуская чашку на поднос и в последний раз обдумывая все свои слова. Он потратил неделю на то, чтобы мысленно простроить весь разговор с Лаваем так, чтобы не сболтнуть ничего лишнего, и теперь нужно было собраться с мыслями, чтобы не попасться ни в одну его западню.
— Недалеко от Ронтиса во время откровения Провидца Марна обратилась напрямую ко мне, — аккуратно подбирая слова, заговорил он. У Гардана не было ни единого сомнения в том, что Лавай прекрасно знает о том, что именно Гардан привез Провидца в Дер, как и о том, кем именно был Провидец. Поэтому начинать издалека смысла не имело. — Дева приказала мне сделать так, чтобы ни один пиратский корабль не покинул северное побережье до наступления сезона Штормов.
— Вот как, — лицо и взгляд Лавая не изменились, но в голосе проскочила легкая нотка удивления. Судя по всему, Гардану удалось его заинтересовать, а это уже многое решало в его пользу в этом щекотливом деле. — Она сказала, почему ты должен это сделать?
— Она сказала, что в противном случае «всякая надежда будет потеряна», — повторил Гардан, надеясь, что запомнил слова четко. — Больше не добавила ничего.
— И ты пришел с этим ко мне, — Лавай глубоко затянулся и выпустил облачко густого горького дыма.
— Ты можешь договориться с пиратами, — спокойно пожал плечами Гардан.
— Зачем мне это делать? — глаза Лавая изучающее рассматривали Гардана. С интересом, и это было уже хорошо, но без энтузиазма. — Знаешь ли, я привык договариваться с людьми, а не выполнять приказы Марн, — улыбка слегка скривила краешек его губ.
— Предсказание Провидца было связано с Танцем Хаоса. — Гардан сохранял полное спокойствие, прямо глядя в лицо Лаваю. Он знал, что стоит ему лишь чуть-чуть показать свои чувства, как этот невыносимый человек вытрясет из него всю душу, чтобы добиться своего. — Предполагаю, что если приказ Марны Девы не будет выполнен, Танец Хаоса может окончиться, еще не начавшись.
— Многие бы только об этом и мечтали, не так ли? — рассмеялся Лавай, глубоко затягиваясь и выпуская струи дыма через нос. — Многие, но не ты.
— Марна была настойчива, — позволил себе скупо улыбнуться Гардан.
— Я представляю, — кивнул Лавай. Некоторое время он разглядывал тлеющую траву внутри маленькой чашечки своей трубки, потом поднял глаза на Гардана. — Я могу уведомить пиратских капитанов о том, что Марна хочет, чтобы они остались в портах. И надеюсь, что им хватит мозгов на то, чтобы прислушаться к этому. Однако за всех я ручаться не могу. Тут есть два крайне сложных капитана, которым даже морские бесы не указ, и договариваться с ними мне будет проблематично. К ним поедешь сам. — Гардан кивнул, принимая условия Лавая. Торговаться с ним не имело никакого смысла: он прекрасно знал, сколько стоят его услуги, и всегда был честен в том, до какой степени имел возможность их выполнить. К тому же, если кто-то начинал ерничать, Лавай зверел, и слишком жадный до знаний клиент уходил от него выжатым досуха, не оставляя за пазухой даже того, где именно хранит свои золотые зубы его престарелая бабуля. — В ответ я поспрашиваю тебя немного, если ты не против. — Взгляд Лавая стал острым, будто нож. — Поболтаем о том, о сем. А потом получишь все нужные имена и места. Пойдет?
— Пойдет, — кивнул Гардан.
— Замечательно! — Лавай вновь потянулся к своей недопитой чашке с оофиль и негромко приказал: — Жена, заполни бумаги. Наш гость — человек серьезный, и он должен получить все расписки, которые необходимы в таком случае.
В следующие два часа Гардан потел так, словно вновь пахал неподатливую тяжелую землю, вместо лошади впрягшись в плуг, как делал много лет назад в доме своего отца. Вся его заготовленная речь рассыпалась в прах под колким взглядом Лавая, все мысли повылетали из головы, и ему пришлось прилагать неимоверные усилия для того, чтобы следить за своей речью. Мутно-зеленые глаза гипнотизировали, подчиняли своей воле, да еще и черноглазый взгляд его Жены буравил спину с другой стороны. Она всегда садилась за спиной гостя, так, чтобы он оказывался прямо посередине между ней и Лаваем, а потом они принимались рассматривать его насквозь, словно только что отлитое зеркало, проверяя, нет ли где слабых мест или брака.