Хозяин этой камеры пыток вышел из неприметной двери во внутренней части помещения ей навстречу, на ходу запахивая полы белого одеяния, которое Рада ненавидела всей душой за четкие следы ее же собственной крови, обычно проступающие на нем. Он действительно оказался мелонцем: подтянутым, гладко выбритым человеком чуть старше среднего возраста со спокойным лицом и вдумчивыми глазами. Волосы его уже слегка тронула седина, а лицо — морщины, но взгляд оставался светлым и ясным. На любителя повтыкать в тебя иголки он не похож, так что, может быть, все произойдет не так худо, как ты предполагаешь, — подумалось Раде.
— Доброго утра пред очами Грозара, госпожа! — лекарь остановился перед ней и выпрямился, внимательно оглядывая ее. — Чем могу вам служить?
— У меня вопрос к вам, знающий, — проговорила Рада и осеклась, понимая, что даже не может толком сформировать то, что все крутилось и крутилось у нее в мозгу. Как вообще можно это рассказать? «Вы знаете, меня облапала ведьма, и я после этого не могу нормально смотреть на женщин. Предполагаю, что она меня отравила, подлечите меня». Ты это собираешься ему сказать? Внутри болезненно потянуло, и Рада моментально пожалела о том, что вообще решила сюда сунуться. Надо было просто зайти к жрецу и поговорить с ним. Или с Каем. Или…
— Что-то по женской части? — задал он наводящий вопрос. — Не волнуйтесь, я лекарь, и могу подсказать все, что вас интересует.
— Не совсем, — уклончиво отозвалась Рада, начиная пятиться к двери. — Думаю, мне уже полегчало, и я…
— Ваша рука? — лекарь вопросительно поднял брови, и Рада поняла, что он заметил ее перевязанную тряпицей окровавленную ладонь. — Разрешите посмотреть?
— Да это просто царапина, — поморщилась Рада.
— Да, и вы перевязали ее полотенцем, явно не свежим, — заметил лекарь, пряча улыбку в уголках глаз. — Позвольте все-таки посмотреть.
Давай так. Ты сейчас покажешь ему руку и посмотришь, нормальный он мужик или нет. Если нормальный, спросишь, если нет, просто уйдешь. И дело с концом. Вздохнув, Рада покорно шагнула ему навстречу и протянула ладонь.
— Давайте присядем к столу, — предложил лекарь. — Так будет удобнее. Меня зовут Арман Делат. А вас?
— Рада, — промямлила она, подозрительно косясь на металлический ящик с остро поблескивающими ножами.
Больше всего на свете Рада ненавидела, когда ее раны штопали другие люди. Они вечно втыкали иголку так, словно она и не живая вовсе, а просто разодравшийся в клочья мешок с картошкой. Уж лучше было латать себя самой, тем более, что рана на ладони, а не на спине, куда она не смогла бы дотянуться.
Лекарь кивнул и первым уселся возле стола, и Рада, с тяжелым вздохом присев на стул напротив него, протянула ему ладонь.
— Я порезалась, — промямлила она, чувствуя все большую и большую неуверенность с каждой секундой. Иногда ей казалось, что знахари — просто несложившиеся портные, которым пришлось заниматься нелюбимым делом, и они компенсируют это, стремясь залатать любую прореху на теле своих клиентов, пусть даже и самую маленькую.
Однако, Делат не выглядел шарлатаном или охочим до крови любителем причинять боль. Он кивнул ей, осторожно развязал повязку и осмотрел рану. А потом, нахмурившись, потянулся в сторону злополучного ящика с ножами.
— Может, не будем это зашивать? — неуверенно пискнула Рада. — Это царапина, так, ерунда, я постоянно режусь и похуже этого.
— Мы и не будем, — пожал плечами лекарь, и от сердца у нее отлегло. — Просто я обработаю рану и хорошенько перевяжу ее, чтобы заживало быстрее. А вы пока расскажете мне, зачем на самом деле пришли.
Он бросил на Раду полный веселья взгляд темных глаз, и она вновь глубоко вздохнула, сдаваясь и позволяя ему начать обрабатывать самогоном израненную ладонь. В конце концов, она видела этого человека в первый и последний раз в жизни, и он был лекарем, к которому она пришла за помощью. Так что можно было и рассказать, что на самом деле не так.
— Ну… — Рада, запинаясь, заговорила. — Видите ли, тут такое дело. Мне повстречалась одна ведьма, которая, судя по всему, чем-то меня опоила. И еще были некоторые обстоятельства, уже после нее, когда мне пришлось сражаться, и… — Делат внимательно слушал ее, поглядывая из-под кустистых бровей, а Рада совсем стушевалась, не зная, как продолжить. — В общем, я не слишком хорошо себя чувствую, — промямлила она в конце концов.
— Что именно болит? — уточнил Делат. Самогон жег ладонь, но Рада терпела. Действовал он очень аккуратно, поэтому это было не так уж и сложно.