Для начала они заглянули в лавку сапожника и подобрали себе подходящую обувку. Мастер работал под заказ, тачая сапоги и ботинки по индивидуальным меркам, но у него было и несколько готовых пар, которые более-менее подошли Лиаре с Улыбашкой. Лиаре достались невысокие сапожки на шнуровке из мягкой кожи, чуть-чуть свободные в носке, но всяко лучше тех будюх, которые она едва перетаскивала за собой все эти дни. Следующей была лавка портного, который с трудом, но подобрал и ей, и гномихе, простые куртки из плотной коричневой шерсти, теплые плащи на зиму, подбитые мехом телогрейки.
Потом пришло время для подарка, и Лиара задумалась. Расписной гребень Раде не подаришь: и волосы короткие, да и вряд ли она ему порадуется. Точно так же, как и разноцветные ленты, цепочки для волос, расшитые пояски. Внутри начало расти странное чувство тревоги, и Лиара решила, что это связано с трудностью в выборе подарка. Она просто не могла себе представить, что может порадовать Черного Ветра, кроме оружия, крепких напитков или нового коня.
А потом вдруг взгляд зацепился за что-то, блеснувшее через стекло лавки с ювелирными украшениями. Лиара остановилась и прищурилась, глядя сквозь запыленное окно на прилавок, на котором были разложены кольца и перстни, инкрустированные камнями.
В самом углу лежал большой широкий перстень из червленого серебра с плоским овальным камнем, утопленным в основу. И цвет у этого камня был таким, какой Лиара никогда в жизни не видела: бело-голубой, перетекающий, словно утреннее весеннее небо, проглядывающее сквозь кучерявые облака.
— Улыбашка, подожди! — окликнула она успевшую уйти вперед гномиху. — Я хочу кое-что купить.
Уверенно толкнув деревянную дверь, Лиара вошла в маленькое уютное помещение лавки. Стены здесь были покрыты деревянными панелями и увешаны полками, на которых в маленьких коробочках посверкивали россыпи драгоценных камней. Перед входом стоял прилавок с кольцами, подвесками, всевозможными браслетами и сережками из серебра, золота и металла. Возле самой двери на табуретке дремал здоровенный детина-охранник, скрестив на груди мощные руки. Завидев Лиару, он широко зевнул, но сразу же встрепенулся, когда следом за ней по ступеням влезла Улыбашка с большим тюком купленных вещей, и пристально взглянул на нее холодными глазами.
С другой стороны прилавка навстречу Лиаре поднялся старичок с испещренными морщинами лицом и седыми волосами. Он щурился и часто смаргивал из-за яркого солнца, пробивающегося сквозь окна, но взгляд его синих глаз был острым и чистым, словно топазы, поблескивающие на прилавке.
— Здравствуйте! — неуверенно обратилась к нему Лиара, и глаза старичка с интересом оглядели ее. — Я бы хотела купить кольцо. Вот то, с синим камнем. Сколько оно стоит?
— Это? — торговец указал на выбранный Лиарой перстень и аккуратно вынул его из бархатного крепления подложки, передавая Лиаре в руки. — Замечательный выбор, только несколько грубоват для дамы. Ильтонская работа, червленое серебро и облачный ларимар. В наших краях очень редкий, потому и стоит немало.
Его внимательный взгляд пробежался по запыленной одежде Лиары, которую она еще не успела сменить, неброскому тючку с покупками в ее руках. Только ей уже не было дела до того, что он о ней думает. Она нашла подарок для Рады, и это было самым главным.
— Я его беру, — уверенно кивнула она, разглядывая перстень. Серебро обвивалось вокруг камня тонкой вязью лоз и листьев, и в причудливых узорах виделась долгая и кропотливая работа. Перстень был сделан с любовью, и Лиара тихонько улыбнулась, когда перед внутренним взором встали казавшиеся такими неуклюжими каменные клешни с превеликой аккуратностью заплетающие тонкое кружево из раскаленных серебряных нитей. Да, это кольцо подходило Раде: потемневшее серебро и укрытое кучерявыми облаками небо, нежность, оплетенная сталью. — Сколько?
Продавец назвал цену, и Лиара внутренне охнула, но стоически отсчитала в его ладонь почти все оставшееся у нее золото. Кольцо стоило почти что в два раза дороже их одежды и обуви вместе взятых, но это был подарок, и Лиара откуда-то знала, что лучше найти просто не сможет. Охранник ощутимо расслабился, когда она рассчитывалась, и вновь зевнул, прикрывая тяжелые веки и больше не обращая внимания на косящуюся на него в ответ с угрозой Улыбашку. А когда они вышли из лавки в прохладное осеннее утро, гномиха с улыбкой заметила: