Жесткие мостовые больно били в ступни, гудели усталые ноги, но Лиаре не было до этого никакого дела. Впереди громадными прыжками несся Алеор, и она сосредотачивалась лишь на том, чтобы не отстать от него ни на миг. Люди отбегали прочь с их дороги, что-то рассерженно кричали им вслед, но все это не имело значения. Казалось, что все ее тело скрутили в одну туго натянутую напряженную струну.
Алеор влетел в узкий переулок возле лавки шелка и едва не затоптал полуголого, покрытого струпьями попрошайку, сидящего у самой стены. Тот вскрикнул и откинулся назад, прижавшись к стене и испуганно глядя на эльфа. Алеор дышал тяжело, плечи его ходили ходуном, но взгляд был таким тяжелым, что нищий застыл, даже не посмев шелохнуться с места, будто его придавило к земле горой.
— Говорят, ты видел сегодня днем двух эльфов. Это правда?
В голосе Алеора было такое напряжение, что попрошайка испуганно облизнул пересохшие губы и неистово закивал.
— Расскажи мне все! — потребовал он.
— Женщина, золотоволосая женщина в черной одежде, — залепетал нищий. — С ней был золотоволосый мужчина. Они зашли прямо сюда, за угол, разговаривали о чем-то. Он подвел ее к той двери, — нищий указал на рассохшуюся, покрытую облезшей белой краской дверь. — Там был еще один человек, по виду матрос, с татуировками на руках. Он ударил ее по голове, а затем они вдвоем затащили ее в здание.
Лиара поняла, что забыла, как дышать. Лицо Алеора потемнело.
— Как они выходили, ты видел? — спросил он.
— Нет! — неистово замотал головой нищий, поднимая руки к лицу и прикрываясь от разгневанного эльфа. — Клянусь вам! Я больше ничего не видел!
Серебряник заскакал по плитам мостовой, а в следующий миг эльф одним ударом ноги выбил внутрь старую рассохшуюся дверь, выхватил из ножен меч и ворвался в помещение. Лиара последовала за ним, задержавшись лишь на миг, чтобы пролезть сквозь искореженную дверную коробку. И услышала почти что звериный рык Алеора:
— Проклятье! Бхара разорви эту бестолковую бабу!
— Ее здесь нет? — вскрикнула Лиара, чувствуя, как обрывается сердце.
— Не уйдут, твари, — тихо пообещал эльф и загремел чем-то в темноте.
Перестроить глаза на ночное зрение было легко, и Лиара огляделась. За дверью обнаружилось пыльное помещение кладовки, вдоль стен которой стояли деревянные ящики, коробки и бочки. На полу валялись пустые мешки и обрезок веревки. Ее связали? — мелькнула в голове мысль. В этот же миг Алеор выбил неприметную дверь в дальнем конце помещения и исчез в проходе.
Сзади послышались голоса друзей и цокот копыт, но Лиара уже сорвалась с места, пролетая сквозь пыльное помещение. Дальше был маленький коридор с двумя дверьми, уже открытыми, за которыми располагались коморки с какими-то столами, койками и шкафами. А Алеор стоял в конце коридора, локтем прижав за горло к стене какого-то человека и приставив острие меча под его подбородок.
— Помилуйте! Я ничего не сделал! Не трогайте меня! — почти что завизжал плотный мужчина средних лет с большой залысиной и оттопыренными ушами. Одет он был в простой коричневый костюм из тех, что носили в Алькаранке хозяева лавок.
— В твою каморку днем приволокли женщину. Где она? — Алеор смотрел на него, не отрываясь и не моргая, и голос у него был, как зимняя стужа.
— Здесь никого не было! Клянусь вам!
Лиара даже не заметила движения руки эльфа, но в следующий миг человек закричал, и кровь хлынула с его лица прямо на воротник. Через щеку у него шла глубокая кровавая рана.
— На кого ты работаешь? — тихо спросил эльф.
— Его зовут Ладаэн, он из Лесного Дома! — завизжал торговец, выкатывая глаза от страха и боли. — Сегодня он должен был забрать тюки с шелком, чтобы отвезти их на продажу в Дагмариен! Я дал ему ключ от подсобки, чтобы не отвлекаться от посетителей! Примерно через час пополудни он пришел вместе с работниками, они вынесли весь шелк в мешках через переднюю дверь и сгрузили его на телегу. Он вернул мне ключ от подсобки и все! Клянусь вам! Я больше ничего не знаю!
Время застыло, как смола. Лиара видела, как вымерзают глаза Алеора, чувствовала, как он принимает решение. Это было неуловимо, неописуемо, словно какая-то невидимая частичка головоломки встала на место. И за миг до того, как мышцы эльфа напряглись, чтобы нанести последний удар, она вскрикнула, выбрасывая вперед руку: