Корабль вновь взлетел на волну, и впереди мелькнуло вражеское судно. Теперь оно было гораздо ближе, и Гардан прекрасно понимал, почему. Ветер бил им в корму и паруса с такой мощью, что они летели на пределе возможностей для любого судна, и их так и так ждало неминуемое крушение в пучине. Стоило лишь на миг измениться порывам ветра или дрогнуть руке Равенны, на одно единственное сердцебиение, и «Гадюка» переломится пополам, развалится на куски и утонет в этом жутком водовороте.
Гардан сглотнул, ощущая пришедшую откуда-то из глубины его существа решимость. Равенна прекрасно осознавала, что она делает, и что с поднятыми парусами они все равно что мертвецы. И теперь им нужно было только дотянуть до корабля Давьялы. Только дотянуть еще последние несколько десятков метров, а потом все, начнется бой. А это означало, что он должен был любой ценой помочь Равенне преодолеть эти проклятые метры так, чтобы их не опрокинуло и не разбило на куски раньше времени.
— Что мне делать? — крикнул Гардан, собирая всю свою решимость и приказывая себе успокоиться. Море бушевало вокруг, и хоть в первый миг он и убоялся его, но, в конце-то концов, не все ли равно, где умирать? Он помнил, как сражался плечом к плечу с Радой, когда они брали Ламелле, и там тоже вокруг бушевало море: разъяренная человеческая пучина, ощетинившаяся каленым железом, охочая до крови, ревущая ему в лицо одним голодным, полным ненависти ртом. И тогда-то он нашел в себе силы противостоять этому, так почему не мог найти их сейчас?
— Иди на нос! — рявкнула Равенна. — Готовьтесь! Как только я протрублю атаку, на абордаж!
Корабль вновь пошел вверх, и Гардан, держась за планширь, как мог быстро поковылял в указанном Равенной направлении.
Холодная вода окатывала его, плеская через борта корабля и с шипением уходя прочь. Матросы вокруг довязывали последние узлы, крепя паруса и мачты, и тоже ползли на нос, вытаскивая заготовленные мечи, булавы и дубины. Они не выглядели такими перепуганными, как показались Гардану поначалу. На всех лицах была хмурая решимость, разве что пара совсем молодых юнг, что работали чаще всего на нижней палубе и в трюме, огромными глазами пялились на волны и молнии, трясясь и шепча молитвы. Возможно, они, как и Гардан, тоже впервые видели шторм. Только эти щенки как минимум в два раза младше тебя. Так что негоже тебе так же хвост поджимать! Это всего лишь море, просто вода и ветер, а Равенна прекрасно знает, что с ними делать. Сейчас-то он наконец-то понял, что имел в виду бернардинец, говоря, что не имеет значения, кто именно управляет кораблем в шторм. Этому кому-то нужно было просто доверять, и тогда все получится.
Очередная волна с ревом вскинула их вверх, и за спиной Гардана протяженно застонала мачта. Он стиснул зубы, приказывая себе не оборачиваться и смотреть только вперед, на вражеский корабль, до которого им осталось всего несколько десятков метров. Недаром Марна завела их так далеко, не только для того, чтобы просто потопить в ледяных водах. И коли Равенна была ей так мила, что Дева позволила ей это безумие с парусами, то она точно справится, и у них все получится.
На корабле Давьялы их тоже заметили. В блеснувшей вспышке молнии Гардан увидел собравшихся на корме матросов. Они шатались как пьяные из-за бешеной качки, но во всех руках поблескивало оружие, и вид у этих ребят был явно боевой.
«Гадюка» резко ушла вниз, а корабль Давьялы взлетел вверх на волне прямо перед ними. Еще одна волна! Гардан намертво вцепился рукой в канат у левого борта, другой рукой нашаривая на поясе кинжал. Рядом с ним собрались остальные матросы, тоже держась за что придется и сжимая оружие. Потом корабль Давьялы исчез из виду за гребнем, а «Гадюка» начала стремительно взбираться вверх по волне.
Нос корабля рвануло вперед, и Гардан вновь на миг затрясся от ужаса, когда носовая мачта зарылась в волну, протыкая ее насквозь будто копье. Мелькнуло разъяренное, кипящее от туч и молний небо, бриг тряхнуло так, что Гардан едва не скатился за борт. Замерев на миг на самом гребне волны, «Гадюка» протяжно застонала и упала вниз.
Время застыло, и сквозь него Гардан широко открытыми глазами смотрел на то, с какой бешеной скоростью несется носовая мачта «Гадюки», направляясь прямо в корму скачущего на воде в каких-то метрах впереди корабля Давьялы. Мелькнули перекошенные лица вражеской команды, с шипением плеснула в лицо вода, а потом страшный удар сотряс все вокруг, и Гардана дернуло так, что рука, которой он держался за канат, едва не вырвалась из сустава.