В следующий миг Кай ударил еще раз, вновь двумя копьями из тьмы, и на этот раз удар достиг цели. Лиара отпустила воздушные потоки, нырнув в воду головой вниз, и растеклась вместе с ледяными солеными волнами, громадной толщей серой воды, которой, казалось, и конца-края не было. На ее поверхности болтались лишь изодранные в клочья черные фрагменты, раньше бывшие двумя ведунами. Вот теперь Кай попал.
Она осторожно возвратилась в тело, чувствуя, насколько зыбкой после двух ударов ведуна стала связь, дрожащая, мигающая, почти гаснущая. Возвращаться пришлось медленно, буквально по волоску вливая сознание обратно в кости и мясо, и, когда ее обычные глаза открылись, Лиара ощутила подкатившую к горлу тошноту и слабость во всем теле. Времени разлеживаться у нее не было, и она сразу же попыталась вскочить на ноги и сообщить друзьям, что ведуны больше не опасны, но тут стахи, обычные крылатые стахи, достигли корабля.
Лиара была так занята тем, чтобы сбить в море тех двух ведунов, что остальная масса врагов просто проскользнула мимо. Теперь все они кружили вокруг парусов, словно стая летучих мышей, ожесточенно набрасывающихся на свою жертву со всех сторон. Моряки, что кое-как держались на сетях и мачтах, более-менее сносно отражали удары длинных копий и кривых ятаганов, которыми были вооружены стахи, но явной пользы не приносили. Разве что Равенна, выпрямившаяся в вороньем гнезде, отчаянно ругаясь, что было слышно даже внизу, двумя тонкими саблями отбивалась от одного высоченного стаха, налетающего на нее сверху, будто коршун. Только и он прямо на глазах Лиары, так сильно ударил ее копьем, что ноги пиратки подломились, и она оступилась, падая на дно вороньего гнезда и кое-как прикрываясь своими саблями. Стах уже занес копье двумя руками в добивающем ударе, но тут прямо посреди его груди расцвел огненный шар, брошенный Каем, и черная тварь заорала во всю глотку, опрокидываясь на спину и падая вниз.
Превозмогая боль, Лиара поднялась на ноги и вновь попыталась слиться с ветрами, но все тело пронзила такая резкая боль, что она закричала, моментально отдергиваясь от сознания стихии, как от открытого огня. В следующий миг несколько стахов спрыгнули на палубу, складывая за спиной кожистые крылья и поднимая повыше ятаганы, и у нее появилась возможность рассмотреть их. Такие же высокие, как и Алеор, крепкие, поджарые, одеты они были в черное и отличались от человека резкими чертами лица и гривой спутанных черных волос на голове. При этом лица их были тонкими и осмысленными, живыми, совсем как у людей, не то, что пергаментно иссушенные маски Псарей, которых Лиаре доводилось видеть.
Алеор вскинул свой трезубец и начал танец им навстречу, раскручивая вокруг себя здоровенный шест с тяжеленным наконечником на конце, будто тонкую тростиночку. Как завороженная Лиара наблюдала за тем, как он выплыл в середину прямо между ними и принялся методично наносить удары сразу же обоими концами трезубца. Стахи с рычанием сквозь острые клыки затанцевали вокруг него, пытаясь достать эльфа черными лезвиями ятаганов.
С ревом откуда ни возьмись под ноги одному из стахов вкатилась Улыбашка. Как несущийся с горы камень она врезалась твари под колени, и не ожидавший удара стах громко вскрикнул, опрокидываясь вперед. В один длинный прыжок Улыбашка приземлилась ему на спину, отчетливо громко прибив его к палубе. Сверкнули крест на крест два топора в ее руках, и стах содрогнулся всем телом, а ятаган выпал из его пальцев.
В следующий миг еще один стах упал камнем вниз, метя Улыбашке в спину копьем. Сквозь разрыв туч как раз выглянуло солнце, и она успела увидеть его тень, мелькнувшую на досках палубы поверх ее, а потому каким-то совершенно неожиданным для ее крепкого неповоротливого тела движением откатилась в сторону. Копье стаха вонзилось прямо в спину уже поверженной твари, и в следующий миг нога его подломилась, подкошенная топором Улыбашки, а сам стах заревел, припадая на правое колено. Гномиха попыталась добить его, но топоры с громким лязгом ударились о широкое лезвие выставленного ятагана, и она, громко охнув, пошатнулась от удара. Стах сгруппировался и ударил ее кулаком в грудь, пытаясь отбросить прочь, только не тут-то было. Гномиха лишь покачнулась и вместо того, чтобы упасть, вонзила прямо в его протянутую руку топор, хорошенько вывернула рукоятку. Стах закричал еще раз, и следующий удар Улыбашки пришелся прямо в его вытянутое лицо.
Лиара вовремя увидела черную тень и над собой. В первый миг страх парализовал тело, не давая ей двинуть даже мизинцем, но она справилась, нечеловеческим усилием воли заставив сведенные мышцы повиноваться. Она успела только уклониться в сторону от острого наконечника копья, вонзившегося в палубу буквально в каких-то миллиметрах от ее веска и сорвавшего прядь волос, и в следующее мгновение сильнейший удар в спину выбил из нее дух.