Сердце так бешено колотилось в груди, что дышать было больно, а живот словно набили льдышками страха, посылающими слабость в дрожащие руки и ноги.
В каких-нибудь десяти метрах от нее на корме отчаянно дрались Алеор с Сагаиром. Это не походило ни на что, виденное ей в жизни. Мечи мелькали так быстро, что окружили сражающихся двумя сверкающими колесами из стали, а сами они ни секунды не оставались на месте, постоянно перемещаясь, кружась друг вокруг друга, танцуя, расходясь и набрасываясь вновь и вновь.
Прямо на ее глазах Сагаир неуловимым движением подсек ноги Алеора, и тот опрокинулся навзничь, но в полете успел извернуться как кот и пнуть брата ногой в живот. Сагаира отбросило к бортовому ограждению, и Алеор перекатился по полу, нанося удар снизу вверх, который Сагаир моментально отбил, смещаясь вправо и только наращивая темп атаки.
Это было похоже на ураган, перемещающийся вдоль кормы, и Лиара прекрасно понимала, что в любой миг этот ураган может достигнуть их самих. Нужно было убраться подальше, как можно дальше убраться от сражающихся эльфов, хоть это само по себе и звучало абсурдно, ведь они все вместе остались на предоставленном воле волн корабле посреди открытого моря, «Блудница» уже ушла далеко в сторону, а ее команде было пока что не до того, чтобы сворачивать паруса и разворачивать ее в обратную сторону.
Лиара обернулась к Раде и едва не застонала от отчаяния: два стаха, мощно взмахивая черными кожистыми крыльями, поднимались с палубы, а она безвольно болталась между ними, поддерживаемая под руки, словно мешок с мукой.
— Нет!
Лиара сорвалась с места, бросаясь в ее сторону, надеясь, что успеет хотя бы подпрыгнуть и за ноги стахов уцепиться, чтобы удержать их от взлета, но когда она пробежала разделяющее их расстояние и выпрыгнула так высоко, как только могла, руки лишь цапнули воздух. Больно ударившись грудью о борт при приземлении, Лиара замерла, чувствуя невыносимое, глубокое, как море отчаяние.
Ее взгляд встретился с глазами Рады. Лицо той было распухшим и почти неузнаваемым, превратившись в один лилово-зеленый синяк, но эти глаза, синие, как весеннее небо, полное солнечных лучей, Лиара узнала бы где угодно. И в них сейчас почему-то была только нежность, невероятная, буквально парализовавшая ее нежность, такая огромная, что запросто растопила бы все ледники мира.
За спиной послышался грохот тяжелых башмаков Улыбашки и ее рык:
— Не уйдешь!
Лиара с трудом оторвалась от глаз Рады и обернулась, успев заметить, как на бегу Улыбашка отводит руку и весь корпус назад, раскручивая в руке топор.
— Нет! — вновь крикнула Лиара, выбрасывая руку вперед и пытаясь остановить гномиху, но топор уже слетел с ее ладони, с глухим гулом проносясь прямо мимо лица Лиары.
На один миг сердце остановилось, когда Лиара представила, как этот топор вонзается прямо в тело Рады, если гномиха промахнулась. А потом серебристый сполох ударил одного из стахов в грудь, и он с рычанием откинулся назад, выпуская Раду и начиная медленно падать в море.
Оба стаха держали по одной руке Рады, а потому после падения одного из них, Раду резко рвануло вниз, и она хрипло вскрикнула, повиснув на одной руке. Стах, что еще держал ее, заметно просел в воздухе, часто забил крыльями, пытаясь справиться с весом. Он еще успел оскалиться и зарычать на Улыбашку сквозь длинные острые иглы-клыки, как второй ее топор ударил его в лицо, и стах выпустил Раду, опрокидываясь на спину.
Лиара охнула, когда Рада камнем рухнула в воду, а мимо нее самой метнулась чья-то тень. Это был Гардан, в один короткий прыжок преодолевший отделявшее его от борта расстояние и перемахнувший через него в море.
— Веревку! — вскрикнула Лиара, бросаясь к каким-то обрывкам канатов возле борта, которые раньше держали мачту.
Ее руки схватились за тугие узлы, и Лиара принялась отчаянно дергать их, вот только узлы не поддавались.
— Отойди! — приказала Улыбашка, и Лиара отскочила прочь, а гномиха быстрым движением тонкого ножа перерезала веревку у самого узла и потянула ее к себе.
Лиара метнулась к борту, за которым в воде виднелись две головы: Радина, что поминутно скрывалась под высокими волнами, и Гардана, который отчаянно плыл к ней, мощно загребая морскую воду.