— Ничего, Кай, я просто была в грезах, — негромко отозвалась Лиара, улыбаясь ему. На Раду она бросила короткий неуверенный взгляд, но почти сразу же улыбнулась. Судя по всему, поцелуй в нос пришелся вполне к месту. — Ты же знаешь, для нас грезы — лучшее лекарство.
— Знаю, — улыбнулся ильтонец. — И все-таки я очень рад, что с тобой все в порядке.
— Ну куда ж ты ее так вынесла-то? — послышались за спиной причитания гномихи, и Рада повернулась, глядя на подбегающую к ним Улыбашку с толстым шерстяным пледом в руках. Вид у той был сконфуженный, в глаза Раде она не смотрела, будто поняла, какой именно момент прервала и испортила своим появлением. Неловко сунув ей в руки плед, Улыбашка искоса взглянула на нее и пробурчала: — На вот, укрой ее, а то продует. Не надо нам такого счастья.
— Спасибо, — замогильным голосом отозвалась Рада, и гномиха, бросив на нее еще один неуверенный взгляд, потерла нос и ушла прочь, что-то бормоча едва слышно и качая головой.
— А где Алеор? — тихонько спросила Лиара. Ее ладошки на плечах Рады чувствовались до того уютно, что мурчать хотелось.
— Алеор еще не пришел в себя, — негромко отозвалась Рада. — Но и хуже ему не стало. Вот сейчас Кай наберется силенок и подлечит его. А пока лучше скажи, куда тебя отнести? Хочешь на нос?
— Хочу с тобой! — запальчиво выдохнула Лиара и резко спрятала лицо на груди у Рады. Еще одна золотая волна нежности буквально окутала все тело, и Рада тихонько улыбнулась, глядя на то, как выглядывает из-под густых кудряшек Лиары абсолютно красное ухо.
Как непривычно, правда, моя самая яркая на свете искорка? Вроде бы и ничего не сказали мы с тобой друг другу, и все уже сказано, да? Мы знаем, чувствуем, мы в этом, лишь вслух слова не прозвучали. И от этого так звонко внутри!
— Ну тогда пойдем, — улыбнулась Рада, направляясь в сторону носа корабля и следя за тем, чтобы ветер не сдул прочь плед, сейчас лежащий на животе у Лиары на ее руках.
Аккуратно присев на свернутый кольцом канат, Рада расправила плед и поплотнее закутала сидящую у нее на руках Лиару. Та была слабенькая, как котенок, и тяжело привалилась к ее груди, но это тоже было очень приятно.
— Здесь я сидела все это время, — едва слышно проговорила она, и Рада склонила голову, чтобы услышать ее слова. — Сидела и смотрела вперед, пытаясь углядеть корабль Сагаира. — Голос ее стал глухим. — Кану Защитница, какое же счастье, что ты снова здесь, что мы успели забрать тебя оттуда!
— Все позади, искорка, — Рада обхватила ее покрепче и уткнулась носом в теплый ворох ее кудрей, закрывая глаза и пытаясь раствориться в ней целиком, без остатка. — Ты спасла меня. И я обещаю, что больше никогда никуда не денусь.
Несколько секунд они обе молчали, от Лиары пришло болезненно-настороженное ощущение, кольнувшее Раду в самое сердце.
— Что… зачем он захватил тебя? Он сказал тебе?
На миг Раде вновь вспомнилась тупая боль во всем теле, вкус крови во рту и ощущение беспросветной тоски и черной ярости. Она тряхнула головой, сбрасывая это прочь и вновь вдыхая ее родной запах, самый чистый и нужный на свете.
— Я родная сестра Алеора, и в моих венах течет кровь Стальвов, — тихо проговорила она.
Поначалу вспоминать все это было тяжело, но Рада скупо пересказала, опустив все подробности плана Сагаира. Лиара в ее руках болезненно сжималась от каждого слова, и ее руки инстинктивно комкали края шерстяного пледа. Когда Рада закончила говорить, она немного помолчала и вскинула на нее горящие глаза.
— Я не дам ему забрать тебя, слышишь? Он тебя не получит!
Она смотрела так настойчиво, и в ее взгляде была такая сила, что Рада даже сморгнула. На миг она вспомнила тот невероятно сильный порыв ветра, безмолвный удар самого пространства, вмиг погасивший пылающее на пиратских кораблях пламя, которое зажег Сагаир. И вновь тепло улыбнулась искорке, аккуратно убирая с ее лба кучерявую прядку.
— Знаю, маленькая, — едва слышно прошептала она. — И с тобой мне ничего не страшно.
С минуту Лиара пристально вглядывалась в ее лицо, будто изучала, серьезно Рада говорит или нет, потом кивнула и поерзала у нее на коленях, устраиваясь поудобнее. Невероятная нежность все еще была с ними, накрывая их обеих двумя золотыми крыльями, и Рада легонько поцеловала Лиару в лоб, едва коснувшись губами.
— А еще знаешь что, искорка? Я, по-моему, поняла все, что ты говорила мне про то, как чувствовать мир и про Великую Мать. Не просто головой поняла, как в первый раз, а всем своим сердцем, понимаешь? Даже не поняла, это не то слово. Я прожила это. — Рада усмехнулась, качая головой. — Да, я до сих пор совершенно не понимаю, как вы делаете все эти эльфийские штуки, и уже вряд ли чему-то такому научусь. Но теперь у меня есть что-то гораздо большее, у меня есть эта сила, которую она дает мне. Я не знаю, почему она это делает, и, честно говоря, совершенно не хочу этого знать. Но это неописуемое ощущение.