Однако, как бы ни плакало ее собственное сердце, как ни рвалось обратно к Раде, а путь ее лежал на север, в Иллидар. Ты же сказала, что будешь учиться защищать себя самостоятельно, чтобы быть достойной стоять рядом с ней. И сейчас у тебя впервые появился шанс доказать это. Вот и доказывай, а не нюни распускай! Махнув еще раз на прощанье рукой, Лиара заставила себя отвернуться от Рады и сразу же поймала на себе холодный, словно прорубь, взгляд льдисто-синих глаз Латаана. Цвет у них был таким блеклым, что они казались почти белыми, и Лиара поежилась под плащом, чувствуя себя не на своем месте. Взгляд эльфа, казалось, буравил ее сердце, пытаясь выведать, вынюхать, вытянуть из нее все, что только можно было, о ней самой и ее спутниках.
— Если вы продрогли, можете накинуть плащ, — Латаан кивнул на сверток, который извлек из-под простой деревянной лавки, на которой сейчас сидела Лиара. — В нем никакой дождь не будет для вас проблемой.
— Благодарю, — отозвалась Лиара, порадовавшись, что ее жест эльф принял за признак того, что она замерзла.
Аккуратно размотав сверток, она достала из него серый плащ из мягкой, перетекающей ткани, почти что тающей в руках. Плащ был легким, словно листок березы, а ткани, из которой он был сшит, Лиара не знала, но когда она накинула его на плечи, моментально стало теплее. А капли дождя, что должны были сразу же промочить почти прозрачный плащ, лишь стекали по нему вниз, тихонько шурша.
— Как ваше имя? — спросил Латаан. Лиара подняла на него взгляд: эльф сидел напротив нее на точно такой же деревянной скамье и равномерно загребал двумя длинными тонкими веслами. Гребки были мощными, лодку сильно выталкивало вперед, однако в эльфе не было видно никакого напряжения. С тем же успехом он мог бы подносить ко рту чашку с горячим чаем. Его глаза вновь цепко пробежались по Лиаре. — Я бы не стал утверждать, что знаю всех Первопришедших Иллидара: все-таки кое-кто путешествует во внешнем мире, кто-то никогда его не покидал или даже не выходил из дворца, однако почти все его жители мне известны в лицо. Вас же я вижу в первый раз.
— Меня зовут Лиара Морин, — негромко ответила она, подбирая слова. Ничто не изменилось в лице эльфа, он и не слышал будто никогда такого имени. Лиара продолжила, следя за его реакцией: — Я воспитывалась в Мелонии, в сиротском приюте в городе Деран, провинции Карамон, в течение последних десяти лет. Когда я стала достаточно взрослой по людским меркам, чтобы его покинуть, то решила отправиться на поиски своей матери.
— В компании Светлейшего князя Лесного Дома Ренона? — голос эльфа был абсолютно ровным, но Лиаре буквально почудилась тень насмешки, скрывающаяся за бесстрастным взглядом Латаана.
— Да, именно так, — кивнула она, решив, что лодочнику этой информации вполне хватит. Если Алеор был прав, и ее действительно будут допрашивать какие-либо представители знати, тогда она расскажет и побольше. Но этому эльфу говорить больше необходимого она не собиралась.
— Странную компанию вы выбрали для себя, Лиара, — заметил Латаан. Глаза его скользнули ей за плечо, туда, где на причале стояла Рада. Лиара знала, спиной чувствовала, что та еще не ушла в гостиницу, провожая взглядом уплывающую лодку. — Князь Ренон не слишком часто наведывается в Мелонию, что же касается Радаэль Киер… — Он помолчал, обдумывая что-то, едва заметно поджал губы.
— Вы можете посоветовать мне, откуда начать поиски? — Лиара прямо взглянула ему в глаза, игнорируя вопрос. Эльф вновь поджал губы, на этот раз уже демонстративно, и только затем нехотя ответил:
— Ваше имя ничего мне не говорит, но ваша внешность кое-кого напоминает. Думаю, вам следует прямиком отправиться во дворец Владыки. Именно там обитает женщина, на которую вы несколько похожи. Ее имя Аваиль Элморен. — Помолчав, он добавил: — Вполне возможно, что это даже не совпадение, и вы действительно рассказали мне правду о себе, Лиара.
— Зачем я стала бы вам врать? — холодно вздернула она бровь, чувствуя раздражение, исходящее от Латаана и смешивающееся с ее собственным. Судя по всему, Первопришедшие были еще хуже людей: одно дело — ненавидеть чужих, и совершенно другое — своих собственных соплеменников.
— А зачем Первопришедшей путешествовать в компании Светлейшего князя Ренона? — губы эльфа скривились в неприятной улыбке.
Несколько секунд Лиара смотрела в его блеклые, почти белые глаза, чувствуя себя так, словно сейчас вскипит от ярости. Ей не нравился ни этот эльф, ни его манера общения, ни его подозрения. По правде говоря, он вел себя даже беспардоннее Равенны, всеми силами пытавшейся снискать ее расположение в первые дни на борту «Блудницы». И если уж пиратке Лиара этого не спустила, то и перед этим лодочником точно пасовать не собиралась. Я не сделала ничего плохого, в этом Алеор был совершенно прав. И я не позволю кому-то обращаться со мной, будто я яблоко на базаре стянула!