— Великая Мать, — кивнул он, и Лиара судорожно втянула носом воздух. — А теперь пойдем, пока еще есть время.
Лиара не успела и слова сказать, как он аккуратно отодвинул в сторону перегородку двери и выскользнул наружу. Лиара бесшумно выступила следом за ним, и Ильвадан прикрыл дверь за ней. Она подалась вперед, надеясь задать еще вопрос, но он лишь приложил палец к губам и кивнул ей следовать за ним.
Фонарики с эльфийским шнуром внутри висели под потолком коридоров, и их ровное сияние просвечивало насквозь нежные лепестки белых цветов, овивающих стены. Лиара теперь помнила, что называются эти цветы — орхидеи, и что сейчас их время. Традиционно в Эллагаине белые орхидеи ассоциировались с весной, и в месяц Ларати они цвели повсюду вместе с вишнями на городских улицах.
Ильвадан первым прокрался по коридору вперед, и Лиара заметила, как от дальней стены отделилась какая-то тень. Она смутно помнила эту женщину, спутницу Ильвадана. Лиада, не в пример своему мужу, была тихой, задумчивой, глубоко погруженной в себя. И лишь когда ее взгляд останавливался на нем, в ее темных зрачках расцветало то самое золотое тепло нежности, которого в этом странном крае не было больше ни у кого. А еще Лиара вспомнила, почему именно Ильвадан так много времени проводил вместе с ней самой в детстве. Он был третьего поколения, как и Лиада, и чистокровных детей у них быть не могло. А Ильвадан очень хотел детей, оттого и вся его любовь и забота достались Лиаре, оттого и увидел он в ней то, чего никто больше не разглядел.
Они спешили по коридорам дворца к его противоположному концу. Дверь в одну из комнат была приоткрыта. Ильвадан пропустил ее вперед и вошел следом, прикрыв за собой раздвижную панель. Помещение было небольшим, и в нем ровным счетом ничего не было. Лиара чувствовала пустоты в стенах и догадалась, что это — кладовка, в которой слуги хранили инвентарь для уборки дворца. Здесь же стояла и Лиада, стройная, почти хрупкая женщина на ладонь ниже Ильвадана, одетая в белые одежды, которые сейчас переливались дымчато-лиловым цветом. Глаза ее были бледно-зелеными, задумчивыми, спокойными, как заросшая ряской вода, а улыбка, обращенная к Лиаре, такой странно теплой в этом краю вечного льда, что Лиара в ответ едва не засмеялась. Видеть искреннее тепло было так хорошо, так славно. Она, кажется, уже и забыла, как это чувствуется.
— Поспеши, — Ильвадан легонько подтолкнул Лиару в спину. — Сейчас мы спустимся вниз и выведем тебя из дворца. Но времени мало. В любой момент тебя могут хватиться.
— Расскажи мне про Великую Мать, Ильвадан! — Лиара настойчиво взглянула на него, но эльф уже пробежал мимо нее и принялся спускаться по маленькой винтовой лесенке в дальнем конце помещения, ведущей вниз. Лиара поспешила следом за ним, громким шепотом настаивая: — Я только ради этого и вернулась в Эллагаин! Я должна знать, кто она!
— Тише! — шикнул эльф. — Я все скажу, как только мы окажемся в безопасности.
На плечо легла теплая ладонь, и Лиара обернулась. Лиада ободряюще улыбнулась ей и кивнула:
— Идем, Лиара! Он обязательно все расскажет тебе. Но для начала надо покинуть дворец.
Подчинившись, она принялась спускаться по крутым ступеням узкой лестницы, держась рукой за гладкие перила. Сердце в груди колотилось как бешеное, ее трясло. Все происходило слишком быстро, причем на фоне недвижимого времени всех предыдущих дней, Лиаре казалось, что она попала в сердце урагана, который неудержимо тащит ее куда-то. Великая Мать, я в твоих руках! Делай со мной, что хочешь, только позволь мне выбраться отсюда!
Лестница вывела их в какую-то каморку на первом этаже, маленькую и такую же пустую, как и та, что была наверху. Со всех сторон доносились голоса, смех, звуки музыки, и Ильвадан застыл возле двери наружу, прислушиваясь и поджидая, когда можно будет беспрепятственно пройти. Лиара стояла прямо за его спиной, напряженная, как струна, готовая сорваться в бег в любой миг. Ей даже думать не хотелось о том, что будет, если их сейчас обнаружат. Себан угрожал, что может закрыть для нее Мембрану навсегда. Вряд ли бы он стал говорить это, если бы не мог, а это означало, что если сейчас ничего не получится, она больше никогда не увидит Раду.
— Пошли, — прошептал Ильвадан, отодвинул в сторону дверь и выскользнул наружу.
Лиара сглотнула подступивший к горлу ком и последовала за ним. Они вышли в какой-то пустой коридор в самом низу дворца. Со всех сторон его окружали стены из бумаги, и по ним двигались силуэты эльфов, расхаживающих с другой стороны. Они скользили по бумаге так близко, что Лиара боялась вздохнуть. Если кто-нибудь из них услышит их, хотя бы один…