— Нет, — честно покачала она головой.
— Это значит, что Великая Мать приняла решение вмешаться в созданный ею мир. Это не укладывается в моей голове. Как сама энергия творения может войти в мир, и главное — для чего? Чтобы изменить его навсегда? Чтобы произошло что-то, чего раньше не было? — Ильвадан глубоко вздохнул и покачал головой. — Она была здесь, она и есть здесь, она — все, что есть под солнцем и само солнце, но она была скрыта внутри себя самой, как скрыто в семени целое дерево. А теперь она низошла напрямую. Я видел это как сияющую стрелу, что падала с небес вниз, к другой стреле, столь же сияющей, взлетающей с земли к небесам. — Голос его стал глухим. — Кто-то призвал Великую Мать в свое тело, кто-то прорвал оболочку, отделяющую ее, спящую во всем мире, от нее самой.
— Великая Мать — это жизнь? Это сила самой жизни в нас? — осенило Лиару. Она ощутила, как внутри что-то ёкает и замирает.
— Да, — энергично кивнул Ильвадан. — Она — это жизнь в нашей груди, это биение наших сердец, наша душа, завуалированная и спрятанная в нас. И кто-то там, на западе, открыл в себе ее истинную сущность, прорвал оболочку, пусть даже на миг, но прорвал.
— Мы тоже делали такое! — зашептала Лиара, вглядываясь в его глаза, и лицо Ильвадана вытянулось. — Мы с Радой! Мы тоже соединялись с Великой Матерью!
— Пресветлая Владычица!.. — несколько секунд Ильвадан смотрел на нее во все глаза, потом с трудом проговорил. — Наверное, именно это я и увидел много лет назад, когда мне пришло откровение, что ты должна жить в Мелонии, в самой глуши, чтобы другие эльфы тебя не нашли. — Лиара заморгала, открыла рот, чтобы спросить, но он энергично подтолкнул ее вперед: — Вот поэтому тебе и нужно уходить отсюда. Иди на запад, Лиара, ищи того, кто сделал это, кто первым дотянулся до Великой Матери напрямую. Ты должна понять, зачем это было нужно.
— Это — новое, Ильвадан? Такого ведь раньше никогда не было, правильно? — от волнения дыхание сбивалось, но она должна была это спросить. — Мы ведь не Аватары? — высказать это было сложнее всего, и голос Лиары в этот миг дрогнул.
— Нет, вы не Аватары, — уверенно покачал головой Ильвадан. — Но это — новое, и это очень важно. Возможно, это самое важное, что случилось за последние семь тысяч лет, а может, и большее время. И ты должна понять, что это значит. — Он оглянулся, еще раз осмотрелся и подтолкнул ее в сторону колодца. — А теперь иди, пока есть время. Беги отсюда во все лопатки со всей скоростью, с какой только сможешь. Узнай, что изменилось, Лиара. От этого ответа может зависеть все.
— Спасибо тебе! — поддавшись порыву, Лиара подалась вперед и обняла его.
Тело помнило ощущение этих широких плеч и свежий, травяной запах его волос. Маленькая девочка в ней помнила Ильвадана, едва ли не лучше, чем собственного отца, сказочника и менестреля, что учил ее легендам и песням, что рассказывал ей самые красивые стихи и самые волшебные истории. Того самого, который научил ее играть на арфе. Почему я вспоминаю это именно сейчас?
— Иди! — он вновь подтолкнул ее к колодцу. — И пусть Великая Мать откроет тебе свою тайну. Ты была рождена для этого, Лиара. Теперь я это знаю.
Лиара быстро забросила сумку на спину, пропустив ремень через грудь, чтобы не мешал плыть, села на край колодца и опустила ноги вниз. Там, примерно в полуметре под ее стопами, несся стремительный поток холодного Тонила. Несколько секунд еще она смотрела на эту воду, думая о том, как сейчас все тело скует холод, и что любой ценой она не должна закричать от этого, чтобы не привлекать внимание. Сделав глубокий вдох, Лиара оттолкнулась руками от края колодца и ухнула в ледяную речную воду.
==== Глава 57. Платить по счетам ====
Это было по-настоящему больно, так больно, что Лиара с трудом сдержала вопль. Холодная вода стиснула ее со всех сторон, выжимая все тепло, весь воздух из тела, сковав его ледяной хваткой, будто чья-то громадная костлявая пятерня. И вокруг была чернота, вязкая, словно лицом она окунулась прямо в таз с чернилами. Лиара забарахталась, задергалась в воде и вынырнула, почти тотчас же уйдя под воду вновь. Мощное течение Тонила тащило и волокло ее прямо под толстым слоем настила городских улиц, и между высоко поднявшейся рекой и настилом сверху была лишь полоска пространства шириной с ладонь. Если запрокинуть голову, она могла глотнуть воздуха и не задохнуться, но течение крутило и вращало ее, мешая это делать. А потом вдруг Лиара врезалась во что-то со всей силой и не сдержала тихого вскрика.