Прохладный ветерок вновь колыхнул занавески, и Рада ощутила его легкое прикосновение. Сердце опять сжалось от тоски. Вот бы сейчас к морю, где под подошвами сапог скользит склизкая от ила галька, а в воздухе пахнет солью. И чайка, расправив крылья, балансирует на воздушных потоках у самого берега, а там, дальше, на самом горизонте, серое небо сливается с такой же серой зыбью внизу, и не видно им ни конца ни края. А вечером ждет пропахшая ромом, дымом и людским потом таверна, полная гомона голосов и взрывов хохота, веселой бесшабашной музыки, портовых девок, что пляшут на столах, вскидывая многослойные юбки гораздо выше колен, матросов, что остервенело режутся в кости и то и дело хватаются за ножи. Там ром льется рекой, там пахнет морем, и сбитые костяшки на руках никогда не заживают. Там мое место, с тоской подумала она, а не в этом вызолоченном, пыльном и пустом гробу.
— Я тут подумал кое о чем, — негромко заговорил Ленар, и Рада рассеяно взглянула на него, поняв, что замерла, с не донесенной до рта вилкой в руке глядя в окно. Муж аккуратно отложил приборы и потянулся за чашкой чая. — Тебе, наверное, будет здесь немного скучновато после Северных Провинций.
Не то слово! — усмехнулась про себя Рада.
— Это значит, что нам нужно будет найти для тебя какое-то занятие. — Ленар пригубил чаю из чашки, осторожно поставил ее на маленькое белое блюдечко и взглянул на Раду. — Пока тебя не было, Лорд-Протектор занимался строительством Военной Академии в местечке Ремон, в десяти километрах к югу от Латра. Строительство только-только закончено, и они собираются набрать новых курсантов к Ночи Зимы. Учиться там будут дети высших сановников, и им не помешал бы хороший наставник. — Рада с надеждой взглянула на него, и муж проговорил: — Я мог бы поговорить с Лордом-Протектором о твоем назначении туда. Это не слишком далеко от дома, ты сможешь проводить время здесь, с сыном, да и дело у тебя будет.
— Ты думаешь, он согласится? — осторожно спросила Рада, боясь верить в собственное счастье.
— Мы с Тарвеном в хороших отношениях, — кивнул Ленар, и она ощутила, как губы сами расползаются в улыбку. — Он согласился ходатайствовать за тебя на присяге трону, так что вряд ли будет против твоего назначения. Заодно и от двора будешь подальше. Гелат и Аспар всеми силами противились твоему возвращению и, думаю, постараются подстроить очередную неприятность в ближайшее время. Так что лучше будет, если в Латре ты будешь появляться как можно реже.
Рада сдержала свой язвительный комментарий на слова мужа. Можно было и не возвращать ее из Северных Провинций, она прекрасно себя там чувствовала и была при деле. Тогда и враги ее спали бы спокойно, и сейчас не пришлось бы выкручиваться и придумывать всевозможные ухищрения, чтобы никто не попытался зарезать ее во сне или подсыпать отравы в вино. Однако, дело было сделано, она уже была тут, и вряд ли после ее бурной деятельности на севере Провинции попытаются вновь восстать в ближайшее время. А это означало, что надо брать то, что давали, и не выделываться.
В какой-то мере она даже была благодарна Ленару. Он всеми силами пытался развлечь ее и пристроить так, чтобы ей не было скучно в городской черте. Одним словом: выстраивал компромисс между своими собственными нуждами и убеждениями и ее жизнью. И действовал исключительно из лучших побуждений. Грозар, почему за всю мою жизнь искреннюю радость и счастье мне приносили только те, кто собирался меня убить? А все остальные — головную боль и проблемы под соусом из лучшего будущего и добрых побуждений. В этом тоже выражается твое чувство юмора, Громовержец? Потому что иногда у меня ощущение, что ты, как и я, чересчур много пьешь.
— Благодарю тебя за заботу, Ленар, и с радостью принимаю твое предложение, — проговорила Рада, залпом выпивая содержимое своего бокала. — Я просто жду не дождусь того момента, когда смогу учить маленьких лорденышей страны стоять строем и стирать собственные парки. — Муж слегка нахмурил брови, глядя на нее, и Рада поспешно добавила: — Я серьезно! Спасибо тебе за это!
— В таком случае, мы договорились, — кивнул он, все же задержав на ней взгляд чуть дольше обычного. Потом снял с груди салфетку, бросил ее на стол и поднялся. — Пойдем. Пришло время покончить со всей этой присягой и вздохнуть свободно. Твое имя будет очищено от напраслины, и ты сможешь жить так, как и подобает жене Лорда Страны.