Поколебавшись, Гардан кивнул, и они вдвоем побежали через тихий и пустой зал. О поместье Лорда-Протектора в Латре ходили легенды: говорили, что обстановка в нем еще шикарнее, чем в королевском дворце, и Рада готова была с этим согласиться, учитывая количество золота и лепнины на стенах, однако сейчас ей было не до того. Скрючившись так, чтобы их не было видно сквозь высокие окна с улицы, они с Гарданом неслышно бежали насквозь зал за залом, пока еще не встречая здесь ни одного человека.
Чуткий слух Рады уловил тихий шелест шагов за несколько мгновений до того, как дверь в очередное помещение открылась. Она резко толкнула в сторону Гардана, почти что вжимая его спиной в стену и укрывая их обоих длинной полой тяжелой занавеси. Наемник стоически не издал ни звука, врезавшись спиной в выдающийся в комнату подоконник, но поморщился, укоризненно глядя на Раду. Она приложила палец к губам, выразительно подняв брови, когда по залу мимо них прошелестели туфельки какой-то горничной, и только когда следующая дверь за ней закрылась, позволила наемнику выбраться из занавески.
— Осторожнее! — проворчал Гардан, потирая поясницу и бросая на нее хмурые взгляды. — Ты мне чуть спину не сломала.
— Не развалишься, — ответила Рада, увлекая его в следующий зал. — И сам знаешь, если бы девка нас увидела, визгу было бы столько, что сюда сбежался бы весь особняк.
При взгляде на следующий зал сердце Рады торжествующе застучало в груди: это оказалась парадная опочивальня. Посреди помещения стояла громадная кровать под тяжелющим балдахином, такая высокая, что вскарабкаться на нее можно было лишь по приставной лесенке, и укрытая шелковым домотканым покрывалом, на стоимость которого можно было купить четверку отборных жеребцов. Естественно, что никто из домочадцев на этой кровати не спал, и стояла она здесь лишь для того, чтобы поразить своей роскошью взоры гостей имения. Ну, и для того, чтобы по ночам на дорогих подушках кувыркались лакеи со служанками, воображая себя благородными. Однако в таких парадных опочивальнях всегда были потайные двери для слуг, на тот случай, если во дворец все-таки заселятся гости, которым взбредет в голову спать на этой матрасной горе. За тайными дверками обычно скрывались лестницы, соединяющие все этажи дома, и на них слуги с завидным постоянством подслушивали своих хозяев и их гостей, чтобы потом выгодно нажиться на этой информации.
Рада уже направилась было к задней стене, внимательно оглядывая затейливый орнамент обоев на предмет искусно спрятанных дверных петель, когда дверь в покои неожиданно распахнулась.
Только приобретенная на севере скорость реакции и спасла их обоих. Они с Гарданом упали на пол и вкатились под кровать как раз в тот миг, когда служка вошел в помещение и прикрыл за собой дверь. С пола сразу же поднялось целое облако пыли, и Рада зажала себе рот и нос ладонью, чтобы не чихнуть в неудачный момент. То же сделал и Гардан, раздраженно хмуря свои черные брови. Рада в ответ выразительно зыркнула на него. Можно подумать, я просто в восторге от того, что происходит! Но по-другому в кабинет Лорда-Протектора мы попасть не можем!
Слуга задержался в зале, свистя себе что-то под нос и расхаживая вдоль стен. Раде были видны его ноги в мягких войлочных чунях, какие носили слуги, чтобы не повредить лакированным наборным паркетам. Слуга пританцовывал на месте и уходить явно не собирался. А еще слышался тихий шелест, как когда что-то натирали тряпкой. Он что, собрался тут всю комнату вымывать?
Увесистый тычок кулаком заставил Раду оглянуться на Гардана. Тот выразительно приподнял брови, показывая на ноги слуги. Судя по его виду, наемник имел в виду, что паренька надо тихо скрутить, и в этом Рада была с ним согласна. Этот идиот своей тряпкой сейчас стирает драгоценные минуты из моей жизни! Не говоря уже о том, что если мы упустим записку Лорда-Протектора, мне конец! Резко кивнув Гардану, Рада выкатилась из-под кровати.
Паренек удивленно обернулся на приглушенный звук, а потом с криком опрокинулся на спину, когда Рада подсекла его обеими ногами. Ударившись об пол, он приглушенно охнул, но больше ничего сделать не успел: сапог Рады врезался ему в голову, и паренек лишился чувств. На вид, ему было около двадцати лет, даже щетина еще не росла, а подростковые прыщи пятнали щеки. Из-под кровати высунулись руки Гардана, и наемник быстро втащил мальчишку за ноги на то место, где они только что с Радой прятались сами.
Выбравшись с другой стороны кровати, он аккуратно отряхнул одежду и сообщил: