Настроение низменно шло вверх, смывая опасения и переживания. Мы отплывали сюда, готовясь отбивать гномьи сокровища от нежити, параллельно купаясь в облаках некротических эманаций, а вместо этого получили нудный, но не очень напряжный спуск.
Луна ярко освещала водяную гладь, поэтому шли мы бойко. Вернуться, согласно договоренностям с гномами, мы должны были не в основной городской порт, а в одну из малых, запасных бухт, оборудованных по всему периметру острова. Для этого пришлось взять сильно севернее и ориентироваться уже не столько на городские огни, сколько на вспышки маяков. Ауразион уже почти скрылся за прикрывающим его с севера холмом, когда Касур размазавшись в движении повалила меня на дно и зажала рот рукой. Хорошо, что предварительно мы отработали несколько базовых символов языка жестов искателей, и я увидел, что девушка быстро показывала один и тот же знак, означающий «на дно».
Не думая лишний раз, я активировал всю ту же спасательную руну, и Конек начал стремительно опускаться на дно. Только когда деревянный киль коснулся дна, она перевернулась и тяжело дыша легла рядом со мной.
— Что, черт возьми, случилось⁈
— Следом за нами идет корабль с кем-то очень сильным. Я бы не смогла против него и десяти секунд продержаться. А он раз за разом использовал поиск жизни — воинскую технику высоких рангов. Нам повезло, что я успела в промежуток между самой первой почти выдохшейся волной и следующей за ней.
Как раз в это момент тот немногочисленный лунный свет, что доставал до дна, был перекрыт черной громадой. На таком расстоянии уже даже я ощутил пугающую темную ауру одного из пассажиров, а вместе с ней и густой привкус смерти, следующий шлейфом за этим судном, и так напоминающим мне о корабле работорговцев. Но, как оказалось, сходства с кораблем Уилла «Радуги» на этом не кончились. Подойдя к берегу с корабля, начали скидывать в воду клетки с разумными, обтянутые пленкой воздушных чар, которые тут же исчезали в открывавшемся зеве проема.
— А вот, кажется, и место, куда наш мертвый знакомец вез свой товар…
Глава 8
Наблюдение за работорговцами уничтожило любой намек на радость от успешного рейда. Пролежать почти час на дне, практически теряя сознание от нехватки кислорода (общеизвестный факт — преобразованный из маны газ имеет куда меньшую ценность для организма) — еще более неприятное дополнение. Всплыв на поверхность, мы не обмолвились ни словечком. Касур сидела, до белизны пальцев сжимая древко молота, а я мог только гнать прочь дурные мысли, заполонившие голову. Опасно, очень опасно. Как говорится, «это не пессимизм, а хорошо развитая интуиция», и моя интуиция буквально вопила о том, что мы только что стали свидетелями чего-то куда более крупного и опасного, чем просто оборот живого товара.
Нет, рабство все еще отвратительная концепция, но чудовищно древняя и прочная, что было доказано еще в моем родном мире, чего уж говорить про Домгандейт, застрявший в вечном магическом средневековье? Однако стоит признать — и нормой владение другими разумными конкретно в Ауразионе не было. Что и являлось краеугольным камнем моего беспокойства… Безусловно, я не питал лишних иллюзий. В реальности, в которой в руках отдельных личностей собирались огромные суммы, помноженные на порой колоссальную продолжительность жизней, а концепция личной силы индивида была далеко не пустым звуком, почти наверняка наступал момент… когда пресытившийся всеми мирскими благами разумный начинал искать увеселение среди всякой чернухи. Все же скука — главный бич бессмертного. Так что без сомнений кто-то из толстосумов, могущественных магов или воинов держал при себе бесправные постельные игрушки, не говоря уже про всяких безумцев. Но тут, если просто вдуматься просто! Два корабля, в трюме первого встретили свой конец несколько десятков человек, со второго за этот час спустили почти шестьдесят рабов! Столь большие поставки явно превосходили потребности теневого рынка, существовавшего в городе… В общем, то, что раньше было, по большому счету, ничем не подкрепленными опасениями, стремительно обрастало плотью.
Когда нос Конька уткнулся в песчаную береговую линию, я выдохнул с облегчением. Наконец-то можно будет со всем этим покончить и пойти домой, а учитывая с какой скоростью Касур спрыгнула на берег, не только я так думал. Сигнальный амулет, который должен сообщить Альмаиру и нашим заказчикам о выполнении заказа, осыпался горстью праха, тут же затерявшейся среди мириада песчинок. Соленый морской воздух щекотал ноздри. Босые ступни, скрытые водой, царапали ракушки и щипали мелкие непуганые рыбешки. Ночь постепенно уступала свои права новому дню.