Товарищ свежего мертвеца с перекошенным от гнева лицом резко выкрикнул что-то на одном из эльфийских наречий и послал в меня копье бури. Накачанное маной заклинание четвертого круга обещало пробить меня насквозь, вот только нет смысли стрелять из пушки по воробью. Банально упав на пол, я пропустил его над собой, а сам нанес ответный удар. Шансов снова повторить трюк с кинжалами у меня не было, без эффекта неожиданности победить бакалавра в прямом силовом противостоянии я пока не смогу. Потому я просто взял под контроль застрявшую в голове пироманта иглу, и, ориентируясь на нее, метнул в воздушника тело его друга, выбивая обоих за борт.
Бой на другом конце корабля постепенно затихал, а я остался один на один против капитана корабля.
— Malakas! В следующий раз не пожалею денег и найму нормального опытного мага. Опять пара неудачников, сдохшая в первой же заварушке. А ты неплох пацан, пойдешь ко мне в команду? — обратился он ко мне.
Мужчина, несмотря на свой неопрятный и слегка смешной образ состоящий из непонятно по какому принципу подобранных ярких тряпок, был опасен. Я чувствовал движение маны в его теле и рапире, и что-то мне подсказывало, что вмешайся он бой девочки-полурослика, ее песенка уже была бы спета. Вполне возможно, что он либо уже перешагнул в ранг Рыцаря-командора, либо был Рыцарем на пике силы. И то, и другое было о-о-очень плохо. Я имел только общие представление о возможностях бойцов такого уровня, но даже то, чего я знал, было достаточно, чтобы понять — если не случится чуда, мне конец. И дело не в том, что я скорее маг. Волшебники и воины одного звания вполне могут биться на равных как в ближнем, так и в дальнем бою, ведь по большому счету используют одну и ту же энергию, просто разными способами. Если верить рассказам Элары, то, начиная с младших магистров и рыцарей-командоров, грань вообще начинала стираться. Проблема в том, что мы-то равны не были!
— Прошу прощения, но у меня нет привычки принимать предложения людей, пытающихся меня убить просто так, — я пытался тянуть время и накладывал одно усиление за другим. Это обещало аукнуться мне несколькими днями лихорадки, но поскольку альтернативой была смерть, то я был готов идти на такие риски.
— Ну для начала ты убил двух моих людей, так что конкретно у меня причина убивать тебя есть. Может быть, рассмотришь мое предложение? — поигрывая рапирой, он постепенно двигался в мою сторону, при этом не сбавляя напряжения, видимо то, как я расправился с магами, его впечатлило.
— Знаете, я приличный искатель и не ищу проблем. Ваши орлы отправили под воду мою лодку, — что даже не ложь формально, — мы с ними уладили наши разногласия, как человек с хорошей репутацией, я бы предпочел просто разойтись и забыть о нашей встрече. Мой первый командир Астрио накрепко вбил мне в голову Кодекс.
— Сто-о-оп! Так ты тот мальчишка, который расстроил этого старого мужеложца из «Морских ежей» своим уходом! Не везет тебе, паря, именно этот урод Маркус очень сильно мне насолил, так что мое предложение отзывается!
— Черт!
Пират рванул на меня, обрушив целый град ударов, первая же попытка блокировать которые показала разделяющую нас пропасть. Рука онемела, и я едва успевал управлять своим телом, уходя от атак. Безымянный капитан двигался плавно, при этом куда быстрее обладательницы молота, походя отбивая мои летающие кинжалы. Все три доспеха мага он снес, даже не заметив, и уже успел оставить мне несколько глубоких порезов. Вдруг мы оба сбились с шага из-за мощного удара, прокатившегося по палубе, и пришедшей вслед за ним волны морской воды. Отскочив почти к самому борту, я перевел дыхание и начал тянуть остатки маны из накопителя, заодно решив проверить, что там происходит.
Количество людей на носу сильно уменьшилось, и конкретно сейчас полурослица стояла над буквально размазанным по палубе магом воды. Судя по богатым одеждам, он мог быть вторым помощником капитана.
— Kuss Ummak, долбанная короткожопая отрыжка! Она убила Флинта, теперь весь товар передох, параноидальный ублюдок завязал все рабские ошейники на себя! — договорив, он смачно плюнул на пол.
Я же уже не очень слушал, что он говорил. Рабские ошейники… Товар передох… Мне резко стала понятна суть этого корабля и его команды. Работорговцы. Поставщики живого товара. Еще в прошлой жизни я пообещал своим родителям, что из всех возможностей заработка я никогда не свяжусь с наркотиками и торговлей людьми. Рожденные в век, когда у человечества еще были мечты о становлении чем-то большим, а вместе с этим и вера в то, что правильные вещи достойны того, чтобы за них бороться. Они вложили это в меня. Я взрастил это. И сейчас меня сжигали ненависть и чужая боль.