— Ах-ха-ха-ха! Сука! Ах-ха-ха!
— Что, мальчишка совсем головой тронулся от страха? Не стоит, в эпоху древних королевств человека, так долго продержавшегося против меня, превозносили бы как героя даже посмертно.
Безумное отродье эльфов давно забывшее, что значит жить. Радоваться и грустить по-настоящему. Не более чем насмешка над жизнью и смертью.
— Ах-ха-ха! Чуть было не сдох, пока до меня доходило… Аэлар, старый ушастый мудрец… Не мог блин как-то проще сказать!
— Что ты несешь?
— М-м? А! Да, точно ты же еще тут. Прости, видимо я пока глуповат для таких схем. Долго соображал.
— Последние слова, малец. Ты развлек меня достаточно. Заслужил, — над моим виском зажегся огненный меч.
— Слова… все лишь слова, а что стоит за этими словами? Знаешь, в том месте, откуда я пришел, говорят: «Каждый сам кузнец своего счастья». Здесь я такого ни разу не слышал… Так что тебе наверно трудно понять… На что способна смертная душа. Взявшая в руки свою судьбу!
Я глубоко вздохнул, разом вбирая воздуха больше, чем даже в теории могло вместить мое физическое тело. На самом же деле, я потянулся разом ко всем уголкам этого места, стараясь ощутить каждый миллиметр. И в ответ на этот беззвучный призыв, из глубины вод, формирующих окружение, в меня рванул поток энергии некроса, оставшейся где-то там в бесконечно далекой реальности. Темное и безжизненное небо вспыхнуло пурпурным цветом миллиона звезд. Души всех тех, кто отдал свои жизни сегодня, были тут, здесь и сейчас, питая меня, и давая надежду. По иллюзорному небосводу бежали зеленые всполохи, а в глазах этой твари поселился страх.
— Нет… Нет. Нет. Нет! Ты не может быть как Он! Нет! — с кем бы она меня не сравнивала, но если он смог вселить в нее такой ужас, то снимаю шляпу.
Она резко взмахнула руками, воплощая сразу сотни энергетических мечей. Я чувствую, знаю положение и свойства каждого из них. Это не обычные конструкции из энергии. Каждый из них несет в себе след божественности, аспект из тех, что подвластны столь древней сущности, заведующей так любимым смертными смертоубийством. Жаль, что теперь им никогда меня не настигнуть. Щелчок пальцами и пространство вокруг меня замирает, замуровывая в себя все, что обратила против моей тушки эта тварь.
— А ведь это было близко! Старая эльфийская ты тварь! Я почти поверил… почти умер!
— Нет! Ты умрешь, умрешь! Я не дам этому миру увидеть еще одного иномирного ублюдка!
Трехметровое тело легко и непринужденно воспарило над водной гладью. Сведение рук стало триггером к следующему циклу атак. Двенадцать мечей по отдельности, испускающих мощь, перекрывающую силу великого магистра, закружились в хороводе за ее спиной, а тело потеряло молочно-белый цвет, заменив его отблеском оружейной стали.
— Как грубо, все мы смертные души в какой-то мере иномирные ублюдки. Да и ты, возможно, тоже, кто знает, кем и чем ты была до становления богом? В любом случае, я для себя решил, что шестнадцать лет до твоего появления были вполне сносными… и я бы хотел вернуть свою жизнь к тому состоянию. А это значит, что тебя и твоих прихлебателей тут быть не должно. Домгандэйт — мир без богов, дамочка. И без тебе подобных ему будет лучше.
— Глупец, ты же понимаешь, как велика разница между нами! По сравнению даже с другими смертными ты — червь. Даже твой предок не смог убить нас окончательно!
М-м, страх и отчаяние. Кто бы мне раньше сказал, что они так сладки.
— Да, ты права. Пройдет очень много времени прежде, чем я хотя бы приближусь к твоей силе. И в любой другой ситуации ты бы просто испарила меня, но не здесь и не сейчас. Не в храме моей души, над которой, так уж вышло, у некроманта полный контроль. И я могу понять, почему ты боишься. Тебя пугают знания, подобные тем, что когда-то привел в мир Немертвый император. Пугает, что они уже начали давать всходы в этом мире. Ты не знаешь, чего ожидать от существ, пришедших из мира, в котором богов сокрушили так давно, что они остались не более чем мифами. И знаешь? Бойся! Потому что на смену богам наши умы породили создания и вещи куда более жуткие. Да, их пока нет в этой реальности, но они все спят в моей душе поэтому…
Щелчок, и перемещаюсь к невольной пленнице и внучке Лорда Мэлуи. Цепи, опутывавшие ее, рвутся, и она оказывается у меня за спиной. Не хотелось бы, чтобы такая же жертва обстоятельств пострадала в ходе того, что я собираюсь сделать. А собирался я пойти на настоящее безумство. Даже со всеми преимуществами от получения полного контроля над пространством души я не знал, как мне изгнать эту тварь, не сжигая весь этот мир в огне. Решение же, к которому я пришел, лежало на поверхности. Сталью сражаются против стали. Магией сражаются против магии. Монстры сражаются с монстрами. А значит, чтобы победить монстра, нужно самому отказаться от человечности и стать монстром… ну или призвать его.