– Алекс!
Она положила руку ему на плечо и легонько его пожала. Он обернулся.
– Летиция!
Она улыбнулась, сделала пируэт и маленький книксен.
– Ты такая…
– Женственная?
Он сглотнул.
– Да, очень, очень женственная! И у тебя под сердцем дитя Эвана…
Александеру вдруг стало неловко, как если бы его погибший друг сейчас наблюдал за ними. Прогнав эту мысль резким движением плеч, он нагнулся, чтобы поднять ранец. И только теперь его осенило, что вся провизия осталась там, возле лагеря, в яме на опушке леса!
Летиция сунула свою красную куртку под куст и подобрала с земли свой спорран. Он выскользнул у нее из пальцев, и содержимое рассыпалось.
– Черт!
– Погоди, я помогу!
Он на ощупь стал подбирать с земли разную мелочь. Летиция вздохнула с облегчением, обнаружив драгоценный медальон Эвана. Что-то больно укололо Александера в большой палец.
– Ай! А это еще что?
Он подобрал предмет, о который поранился. То была брошь. Когда он протянул ее владелице, его внимание вдруг привлек блеск серебра. Рука Александера повисла в воздухе. Брошь была выполнена в кельтском стиле, и в переплетении серебряной нити угадывались силуэты драконов. Ему уже доводилось видеть эту брошь, и не один раз…
– Откуда она у тебя? – спросил он осипшим от волнения голосом.
Летиция посмотрела на украшение, которое он по-прежнему держал в руке, потом взяла его и хотела было спрятать в карман, но Александер перехватил ее руку.
– Отвечай! Откуда у тебя эта брошь?
– Она моя! Да что с тобой такое?
– Кто дал ее тебе?
Она посмотрела на своего спутника с недоумением. Почему вдруг он так разволновался?
– Ее дала мне мама. Перед самой своей смертью.
Александер вырвал украшение у нее из рук. Пока взгляд скользил по переплетениям серебряных нитей, на него нахлынули воспоминания…
Громыхнул гром. Похоже, собирался дождь… Ну вот, из-за Мунро им снова влетит! Но ведь ему так хочется тоже добыть куропатку! Александер решил задержаться еще ненадолго. Конечно, тетя Франсес рассердится, но пусть Мунро пеняет на себя, если они опоздают к ужину! Тетя уже в четвертый раз позвала их домой…
Мунро испустил победный клич, и Александер вздохнул с облегчением. Кузен бегом спускался по склону холма и улыбался. В руке он держал куропатку, в которой торчала стрела. Это была его первая добыча.
– Алас! Алас, посмотри! У меня получилось! Вот папа обрадуется!
– Еще бы ему не обрадоваться, Мунро! Но теперь бегом домой, если не хочешь оказаться в котле вместе со своей куропаткой! Уж если твоя мама рассердится…
Послышался крик, от которого у них кровь застыла в жилах. Мальчики переглянулись. Оба побледнели от страха. То был голос Франсес. Но на этот раз она звала на помощь. Александер вскочил на ноги и схватил нож, которым обычно вырезал из дерева разные фигурки. Мунро уже бежал к хижине.
Спустившись с холма, они остановились. Возле дома стояли пять лошадей, на одной сидел незнакомый мужчина. Александер подтолкнул кузена за куст.
– Погоди, Мунро! Побудь пока тут!
Александер узнал цвета Черной стражи. Но что привело этих всадников сюда, на летнее пастбище Блэк Маунт? Может, дядя Дуглас снова украл у кого-то коров? Если не считать радостных трелей кулика и раздражающего жужжания пчел, все было спокойно. Какое-то время он смотрел на хижину, ожидая, что тетя или дядя выйдут на улицу. Но никто из них не показывался. Александера начало одолевать беспокойство.
В свои шесть лет он уже знал, на что способны люди из Черной стражи, сновавшие по Хайленду. Эти солдаты, которым sassannach поручили блюсти мир в горной части Шотландии, с 1725 года следили за каждым жестом, каждым вздохом местных жителей. Недавно прошел слух, что якобитские кланы готовятся к новому восстанию. Говорили даже, что Карл Эдуард, старший сын изгнанного короля Якова-Эдуарда, которого в народе называли Старым Претендентом, ждет своего часа, чтобы предъявить права на шотландский трон.
– Отца где-нибудь видишь? – спросил он у Мунро, не сводя глаз с каменной хижины.
– Нет. Вряд ли он успел уже приехать из Крифа…