– Подожди меня здесь, я очень скоро вернусь! Нужно забрать продукты.
– Алекс, не надо! Слишком поздно! Уже рассвело.
Он отстранился, закинул за спину ружье и решительным шагом направился к лагерю.
– Это займет минут пять, не больше! А ты пока спрячься в кустах!
– Алекс!
Она подбежала к нему, роясь на ходу в своем спорране. Наконец она извлекла из него медальон.
– Хочу, чтобы он остался у тебя.
Александер нахмурился. Она отдает ему медальон Эвана?
– Я не хочу. Он принадлежал…
– Алекс, возьми! Эван хотел, чтобы ты на мне женился.
Она взяла его руку, вложила в нее медальон и стиснула пальцы. Он медленно кивнул. Волна эмоций захлестнула его. На мгновение он даже спросил себя, ну что плохого в том, чтобы им и правда жить вместе? Что, если она права? Необязательно, чтобы об их родственных связях кто-то знал, верно? Но в глубине души Александер понимал, что это невозможно. Невозможно, хотя он очень сильно любит ее…
Слишком много теней из прошлого… Изнасилование, безумие Франсес. Сама того не желая, Летиция всколыхнула эти воспоминания. И вместе с ними на поверхность всплыла часть из того, что Александер заставлял себя забыть. Как говорил его дед Лиам, «в душе каждого человека есть тайное место, где спрятаны его самые жуткие воспоминания, и в момент, когда меньше всего этого ждешь, они вдруг возникают и неотступно преследуют тебя». А он-то думал, что они пропали, стерлись. Какое заблуждение!.. Наверное, Лиаму Дункану Макдональду пришлось многое повидать в жизни, и он знал, о чем говорит. Бабка Кейтлин не раз повторяла, что Александер очень похож на своего деда. К несчастью, ему было всего одиннадцать, когда дед Лиам погиб, а потому они не успели как следует узнать друг друга.
Александер посмотрел на Летицию, чей силуэт выделялся на фоне сереющего рассвета. Они оба какое-то время не шевелились. Он испытал душевную боль, наконец открыв для себя в первых проблесках дневного света истинную сущность солдата Маккалума. Юбка была коротковата, а корсаж слишком тесно облегал талию, она была очень хороша собой. Волосы свободно рассыпались по плечам, кожа на шее и на груди казалась молочно-белой…
Он опустил глаза и крутнулся на каблуках, чтобы всего этого не видеть, а потом углубился в еще темную лесную чащу. Он шел быстро, с помощью ружейного приклада проторяя себе путь в зарослях колючего кустарника, ветки которого цеплялись за ткань килта. Он знал, что нужно торопиться: лагерь скоро проснется и об их исчезновении оповестят командиров.
Когда Александер начал разгребать землю в том месте, где были спрятаны завернутые в промасленную ткань продукты, он не мог думать ни о чем, кроме внезапно обнаружившегося их с Летицией кровного родства. Он двигался по инерции, не обращая внимания на звуки окружающего мира, и только прикосновение к затылку чего-то холодного, металлического вернуло его к действительности. Он застыл на месте с бьющимся сердцем, стиснув зубы.
– Готов поспорить, это наш везунчик! – воскликнул насмешливый голос у него за спиной. – Что это вы тут делаете, Макдональд?
Устремив взгляд на присыпанный землей сверток, Александер ценой огромного усилия воли подавил в себе панику. Напор штыка стал сильнее, и он распластался на земле. Тяжелый башмак опустился между его лопаток, лишая возможности двигаться.
– Макферсон, заберите у него ружье и кинжал!
Чьи-то руки довольно-таки грубо обыскали Александера. В рот ему набилась земля.
– И куда же это вы собрались, солдат Макдональд? Намеревались плотно позавтракать, да? Уж не о побеге ли подумывали?
Удар башмаком в бок – и Александер дернулся от боли и стал хватать ртом воздух. Второй удар заставил его перевернуться лицом вверх. Сержант Кэмпбелл смотрел на него с неприкрытой ненавистью. Мгновение – и он приставил к груди Александера дуло своего ружья. Тот не шелохнулся и выдержал взгляд противника.
– Ну же, сержант, сделайте это! Вам ведь до смерти хочется пристрелить меня!
Кэмпбелл вдруг разразился хохотом, но умолк так же внезапно.
– Это еще слабо сказано, Макдональд! Не беспокойтесь, я это сделаю. Но не сегодня. Я потерплю еще немного. Лучше посмотрю, как вы будете мучиться. Это доставит мне удовольствие.
– Что я вам такого сделал?
– Рано или поздно вы об этом узнаете. Но мне спешить некуда, – негромко ответил сержант, и Александер уловил в его тоне странные нотки.
Кэмпбелл посмотрел в сторону леса.
– Где она?
Александер затаил дыхание. Из-за полосы густой растительности доносились привычные звуки пробуждающегося лагеря. Что же привело сюда Кэмпбелла? Неужели он видел, как они уходили? Или на них донесла Кристина?