Выбрать главу

Впервые в жизни Мадлен по-настоящему завидовала кузине, которую любила как сестру, и это делало ее еще несчастнее. Она боролась с собой, с этим чувством, однако ничего не помогало. Правду говорят люди: что для одних – счастье, для других – горе. Не желая винить во всем Изабель, Мадлен избрала для себя другого виноватого – Александера. Она упрямо верила, что этот вражеский солдат – источник всех зол, хотя ему самому те же самые события принесли счастье и радость разделенной любви.

Но счастье эфемерно… И очень скоро шотландец об этом узнает. Молодая женщина получила важное задание и намеревалась сделать так, чтобы он стал причиной поражения и гибели англичан. А Изабель, она такая молодая и наивная! Однажды она поймет, как сильно заблуждалась! И как могла она так быстро забыть красавца Николя ради запретной любви с солдатом, который понятия не имеет о вежливости и манерах? Но как только победоносная армия французского короля войдет в Квебек и Иза увидит гордого офицера на великолепном коне, она сразу же забудет даже имя этого шотландца!

– О чем вы говорите, когда остаетесь вдвоем?

– Обо всем на свете. Он рассказывает мне о своей стране и обычаях. О семье и о себе он не слишком распространяется. Мне кажется, он немного застенчив. Кстати, англичан он не любит так же, как и мы.

– А почему тогда сражается под их знаменами?

– У него не было выбора. Его народ умирает с голоду, но даже на родине, в горных районах, их преследуют. Поэтому он и стал наемником. Он разговаривал со мной на его языке. Он говорит на трех языках, представляешь, Мадо? Родной у него гэльский, но мне его ни за что не выучить, слишком сложно. Еще он изъясняется на английском, но только на диалекте скоттов. Он похож на английский, но разница есть. И французский у него хороший, хотя и чувствуется акцент. Признаюсь, мне нравится, как он произносит мое имя…

– Он рассказывал тебе о намерениях Мюррея?

– Мадо, он простой солдат, а не офицер! Ему плевать на планы губернатора Мюррея.

– Но ведь он слышит, о чем говорят между собой офицеры! И наверняка знает, когда ожидаются подкрепление и поставки провизии…

Изабель зашевелилась под одеялом.

– Почему ты об этом спрашиваешь? Почему тебя это интересует?

Мадлен прикусила губу и попыталась подыскать правдоподобное оправдание.

– В городе трудно с провизией, вот я и подумала…

– Мадо!

– Что?

– Мне кажется, я его люблю.

– А он? Он тоже тебя любит? Он тебе говорил?

– Ему и не надо говорить, я это чувствую. Некоторые поступки, жесты говорят о любви больше, чем слова.

– Не путай вожделение с любовью, Иза! Мужчины иногда говорят о любви, а подразумевают совсем другое. Может, он попросту тебя хочет? Или все-таки это настоящее чувство?

Изабель не ответила.

– Не давай ему шанса причинить тебе боль! Если это случится, ты будешь страдать, а он – похваляться перед товарищами, что получил от тебя все, что хотел. А как же твой кавалер де Мелуаз? Ты готова отказаться от прекрасной партии ради солдата, у которого нет ни су за душой? Ты готова ради него лишиться всех шансов на удачное замужество?

Изабель повернулась к кузине спиной.

– Иза, я о тебе беспокоюсь!

– Мне хочется спать, Мадо! Доброй ночи!

– Иза!

В ответ – тишина. Мадлен стало грустно. Им с Изой становится все труднее понимать и принимать друг друга… Ну почему война не ограничивается полем битвы, почему она разводит по разные стороны тех, кто еще недавно любил друг друга? Она вздохнула и закрыла глаза.

– И тебе спокойной ночи, кузина!

* * *

Изабель сидела за клавесином в гостиной и играла полонез композитора Куперена, когда громкий визг разрушил музыкальную гармонию.

– Ти-Поль! Уведи отсюда животное, я занимаюсь!

– Это не я его сюда впустил, Иза! И его не так-то легко поймать!

– Возьми его за хвост, приколоти гвоздиком к стене – и дело с концом!

Ти-Поль ошарашенно смотрел на сестру.

– Ты хочешь, чтобы я прибил поросенка к стене? Ни за что!

Изабель рассмеялась. Шарль-Юбер посмотрел на нее и вздохнул. Давно его дочь так не смеялась… Три недели прошло с того дня, когда… Он отказывался произносить это слово даже мысленно. С того дня, когда его племянница Маргарита, а ныне сестра Клотильда, прибежала к нему вся в слезах: «Это ужасно! Моя дорогая кузина Иза… Это ужасно!..» В потоке рыданий ему удалось разобрать слова «напали», «англичане» и «насильники». Тогда он уразумел, что она пыталась рассказать: его маленькую Изабель изнасиловал англичанин!