– Я так надеялась, что у тебя сегодня свободный вечер!
Глядя на девушку с любовью, Александер погладил ее по щеке. Боже, как же ему хотелось оказаться с ней наедине! Может, все-таки можно что-нибудь придумать?
– Сегодня вечером ты будешь дома?
– Конечно. А почему ты спрашиваешь?
– Тогда привяжи ленточку к окну своей спальни. Я ничего не обещаю, Изабель, но все-таки попробую.
– Алекс, ты с ума сошел!
– Да, ты свела меня с ума!
Поцеловав ее в последний раз, он с сожалением отстранился. Этим утром ему с товарищами предстояло заняться заготовкой дров, а с полудня заступить на дежурство. Он попрощался и побежал, поскальзываясь на снегу. Изабель хотела крикнуть, что будет его ждать, но заметила на улице знакомую супружескую чету. Супруги смотрели на нее с нескрываемым удивлением. Она улыбнулась им и направилась в сторону квартала дю Пале.
Снег перешел в мелкий дождь, и вскоре дома, деревья и мостовая покрылись тонкой ледяной корочкой. Улицы были пустынны: горожане предпочли зимнему холоду уют своих домов. Солдаты, которые в этот вечер были в карауле, сменяли друг друга каждый час, чтобы погреться возле переносной жестяной печки. Правда, дрова были сырые и тепла она давала мало. Но даже такие дрова ценились, потому что запасы их в расположении английской армии почти истощились.
У Александера с товарищами в Нижнем городе был свой маршрут, и они его почти закончили. Александер хотел сегодня успеть зайти в мастерскую кузнеца, расположенную на улице Нотр-Дам неподалеку от косы Карси, по соседству с лавкой бочара Бедара, потому что у него было к нему дело.
Лед потрескивал под ногами, парни то и дело поскальзывались. Александер заметил, что некоторые горожане при помощи кожаных шнурков крепят к обуви металлические скобы. Было бы неплохо смастерить и себе нечто подобное из старых гвоздей…
Молодой солдат посмотрел на часы. До свидания с Изабель оставалось три часа. Ему повезло: сегодня до полуночи за часовых отвечал офицер Арчибальд Кэмпбелл. Если случится что-то непредвиденное, Александер рассчитывал рискнуть и попросить дядю, чтобы тот его «прикрыл». Макникол согласился подменить его на час в карауле в обмен на час работы по расчистке снега, но предупредил, что в следующий раз может и не захотеть.
Погруженный в свои мысли, Александер прошел мимо дома с вывеской «Кузня Дежардена», и лишь толчок в плечо вернул его к реальности.
– Разве не сюда ты хотел зайти? – спросил у него Колл, указывая на обгоревшую вывеску.
Два этажа постройки чудом уцелели во время бомбардировок, пожар их тоже почти не коснулся. Колл встал у двери, поудобнее перебросив на плече ружье. Финли Гордон прислонился спиной к стене и уставился на девушку с кувшином под мышкой, которая торопливо шла по улице.
– Эй, Финли! А как же Кристина? – насмешливо начал Колл. – Если она узнает, что муженек строит глазки…
– Никому я не строю глазки! Смотрю на хорошенькую девчонку, и только!
– Ну конечно! Тебя послушать, так все девчонки, которых мы видели за день, красотки!
Финли мрачно покосился на товарища и отвернулся. После суда над Александером Кристина Лесли ежедневно навещала его в палатке-госпитале на мысе Леви, ухаживала за ним, старалась развеселить. Это было нужно, прежде всего, для того, чтобы никто не усомнился в ее показаниях. Когда раны на спине зажили и Александер вернулся в расположение войск, девушка переселилась в его палатку.
Разумеется, у Александера и в мыслях не было делать ее своей «постоянной спутницей», как рассказывала Кристина на суде, но между четырьмя мужчинами и ею быстро завязались дружеские отношения. Особенно она сблизилась с Финли, и то, что должно было случиться, неизбежно случилось. Когда супруга одного из ротных офицеров умерла в родах, Финли попросил позволения жениться на возлюбленной. К тому времени девушке исполнилось четырнадцать, а по достижении этого возраста детей и других родственников военнослужащих снимали с армейского довольствия, и кормить их приходилось отцу, брату или же супругу. Надо ли говорить, что после свадьбы голубки не упускали случая остаться наедине?
Александер с Коллом знали, что Финли искренне любит свою хорошенькую женушку и в каждой женщине видит ее одну, но это не мешало им подшучивать над товарищем. Финли был отличным парнем, но вспыхивал по поводу и без, что забавляло хайлендеров.
Александер открыл дверь кузни и посторонился, выпуская на улицу двух посетителей. В горне ярко горел огонь, поэтому в помещении было тепло. Хозяин мастерской о чем-то беседовал с клиенткой за ширмой, защищавшей огонь от сквозняков. Ожидая, пока они закончат, молодой солдат вынул из споррана предмет, который он хотел оправить в металл. Это был маленький овал, выточенный из воловьего рога, который он хранил в надежде смастерить из него рог для пороха.