– Папа, они дважды пытались захватить Квебек, но так и не смогли!
– Пресвятая Дева нас всех защитит! – вставила свое слово Жюстина.
Этьен горько усмехнулся.
– Если бы! Мачеха, неужели вы полагаете, что ваши молитвы повернут английскую армию вспять?
Жюстина вздернула подбородок и метнула на Этьена убийственный взгляд. Она терпеть не могла, когда братья обращались к ней «мачеха», и знала, что они это делают, чтобы ее позлить.
– Если Франция больше не думает нам помогать, то наши земли скоро перестанут быть французскими, – сказал Луи. – Армия в плачевном состоянии. Дезертирство и отсутствие субординации – это вещи, к которым все уже давно привыкли. Мы остро нуждаемся в обученных солдатах, но Франция отказывается нас ими обеспечить!
– Дождемся ответа от короля! Послы Водрея вернулись, и скоро мы все узнаем. Как говорится, не стоит продавать шкуру неубитого медведя!
Изабель уныло склонила голову.
Трудно было поверить, что однажды англичане станут их повелителями. Николя никогда в открытую не говорил ей о нависшей над колонией опасности. Наоборот, он старался успокоить ее, повторяя, что война преимущественно идет в Европе и что Франция ничуть не тревожится за свои американские колонии.
Девушке вспомнился прекрасный вечер в доме интенданта Биго. Николя и еще несколько офицеров долго обсуждали судьбу колонии. Изабель же больше интересовали музыка и танцы, поэтому она слушала вполуха. Она не приняла всерьез слов своего кавалера. Разумеется, она слышала, что англичане время от времени нападают на аванпосты региона Великих озер и Огайо, попирают прекрасный флаг с изображением геральдических лилий, но все же…
Прошлым летом англичане захватили форт Фронтенак. Отступая к форту Ниагара, французские войска взорвали свою крепость Дюкен. Но разве Монкальм не отразил атаку неприятеля под крепостью Карийон? Это произошло за несколько недель до падения Луисбурга. Николя особенно отличился в том сражении. Неужели это их последняя победа? С тех пор англичане разрушили несколько деревень на полуострове Гаспези и угомонились. Но зима закончилась, с реки сошел лед, и перед завоевателями открылся прямой путь к Квебеку. Станет ли город их новой целью?
– Но не посмеют же эти еретики отправить жителей Новой Франции в свои южные колонии, как они это сделали с нами, акадийцами? – с тревогой спросила Перрена, водружая на стол кипящий чайник.
– Кто знает?
– Они не посмеют! – воскликнула Изабель.
В свое время Перрена рассказала своей юной госпоже, какой ужас довелось пережить тысячам акадийцев во время принудительной депортации. Она оказалась в числе тех немногих, кому удалось избежать переселения, но какой ценой! Отца, мать, братьев и сестер отправили в английские колонии, и Перрена понятия не имела, куда именно. Вряд ли им доведется еще свидеться… Некоторые англичане впоследствии признали, что ими была допущена ошибка, однако это не помешало им погрузить жителей Луисбурга на корабли и отправить их на историческую родину. Переехать навсегда во Францию? Изабель поежилась. Господи, ну какая же она наивная! Голос Луи отвлек ее от размышлений:
– Наши люди давно голодают, поэтому вполне может статься, что смена власти некоторым пойдет на пользу. Голод никогда не был хорошим советчиком. Многие считают, что сменить одно ярмо на другое – не такая уж большая печаль.
– Луи Лакруа, как вы смеете говорить столь ужасные вещи! – возмутилась Жюстина.
– Я всего лишь повторяю услышанное. Люди недоедают и хотят жить в мире. Война разоряет эту страну… постойте, с какого года? Население сыто ею по горло и считает, что при англичанах жить будет легче. Разве нынешнего пайка – полфунта хлеба и куска конины в день – хватит, чтобы сражаться с врагом или вспахать поле? И, что хуже, они не могут заниматься тем и другим одновременно. И чем меньше будет засеяно полей, тем сильнее будет зверствовать голод.
– А мне кажется, у нас прекрасные солдаты! – отчаянно краснея, осмелилась вставить слово в беседу юная Анна.
Франсуаза сделала ей знак помолчать. Изабель налила себе чашечку травяного чая и рискнула высказать свое мнение:
– Наши люди никогда не согласятся, чтобы ими правили англичане!
Луи едва заметно улыбнулся и наставил на нее указующий перст.
– Если бы ты почаще отвлекалась от своих рюшечек и ленточек, сестренка, не слушала разных фанфаронов и смотрела бы по сторонам, то знала бы, о чем я говорю! Пока ты со своими приятелями танцуешь на балах и ездишь на пикники, простые люди ищут себе пропитание на дне пустых чанов с солониной! Где ты была, когда возле дворца наместника собрались женщины и привели с собой голодных детей? Может, уплетала деликатесы за столом у великолепной мадам Бобассен?