Она перевела взгляд на горную гряду Кармель. Жюльена больше не было видно.
– Уж не случилось ли что-нибудь серьезное?
– Мадо, посмотри, какой чудесный день! Не надо думать о плохом. Мы уже устали ждать, когда ты наконец завяжешь глаза!
Мадлен вздохнула. Милая Изабель! Для нее мир устроен так просто! Хотя, возможно, она и права. Солнце сияет слишком ярко, чтобы позволять мрачным мыслям испортить себе настроение… Молодая женщина улыбнулась, закрыла глаза платком и, спотыкаясь о кочки, отправилась на поиски подружек. Несколько юных девиц, бывших воспитанниц монастыря урсулинок, устроили пикник в этот ясный летний день на мысе Диамант. Сидония и еще три пожилые дамы сидели чуть поодаль и не спускали глаз со своих питомиц.
Кудряшки весело танцевали, выбиваясь из-под украшенных кружевами белых чепцов. Лица девушек раскраснелись и сияли радостью. Наконец, устав от беготни, томимые жаждой игруньи расселись на покрывала, расстеленные на траве. И только Изабель по-прежнему не сиделось на месте.
– Изабель, присядь, а то у нас голова кружится от твоих пируэтов! Присядь и расскажи, как прошел вечер у мадам Пеан де Ливодьер! – попросила Жилетта Ден. – Интересно же знать, кто что сказал и что сделал!
Изабель со смехом перескочила через корзинку с едой, сделала несколько танцевальных па и только тогда остановилась. Часто дыша, она закрыла глаза и вдохнула морской воздух. Ее полную грудь красиво облегал казакин, сшитый из ткани того же оттенка зеленого, что и ее сияющие глаза.
– Девушки, какой это был чудный вечер! Жизнь так прекрасна! Каждый день – это новое обещание счастья! Я каждый вечер благодарю за это Господа.
– А я думаю, что это счастье было бы невозможно без братца мадам Анжелики Пеан, твоего милейшего капитана де Мелуаза! Ты должна сказать мне спасибо за то, что я подтолкнула тебя к нему в объятия! – Жанна лукаво улыбнулась.
Николя де Мелуаз… Щеки Изабель порозовели, стоило ей вспомнить тот знаменательный вечер в доме госпожи де Бобасен в январе 1758. Она приехала на бал вместе со своей подругой детства Жанной Креспен и ее матерью. Это был только второй ее выход в высшее общество Квебека, и надо же такому случиться – именно в тот вечер она познакомилась с Николя…
Свечи сверкали тысячами огоньков, квартет братьев Родо наигрывал дивные по красоте мелодии. Удобно устроившись на кушетке в уютной гостиной, Изабель и Жанна маленькими глоточками пили свое вино и внимали ангельскому голосу Луизы Жюшро. Изабель замечала, как часто взгляды присутствующих обращаются к ней, но это не беспокоило девушку. Ее занимали только музыка и удовольствие, которое дарили божественные звуки. Смежив веки, девушка наслаждалась мелодичным голосом исполнительницы. Ах, как бы ей хотелось так прекрасно петь!
Дома, едва Изабель начинала что-то тихонько напевать, Сидония ласково одергивала ее: «Изабель, радость моя, пойте лучше пальчиками!» Что ж, на клавесине она и вправду играла очень хорошо. Быть может, однажды она сможет исполнить что-нибудь на таком вот званом вечере…
– Изабель! – шепотом позвала ее Жанна.
Девушка открыла глаза, возвращаясь к реальности. Две молодые дамы взирали на нее поверх своих вееров с противоположного конца комнаты. Соблюдая правила хорошего тона, она улыбнулась им и посмотрела на подружку.
– Разве здесь есть еще что-то, что заслуживает моего внимания больше, чем эта прекрасная песня?
– Есть! Николя де Мелуаз! Смотри, он только что вошел! Красавчик, правда?
Кончиком сложенного веера Жанна украдкой указала на группу мужчин, остановившихся у дверей гостиной. Изабель узнала губернатора Водрея и главнокомандующего армией генерала Монкальма. Последний как раз направился к мадам де Бобасен, с которой, по слухам, состоял в любовной связи. Среди офицеров Изабель разглядела бригадного генерала Сенезерга, мэра города Армана де Жоане, господина Этьена Шареста де Лозона и его брата Жозефа Дюфи-Шареста. Эти двое унаследовали от отца одно из самых больших состояний в Новой Франции.
Рядом с ними, горделиво распрямив плечи, стоял темноволосый молодой мужчина лет тридцати, среднего роста, коренастый, но хорошо сложенный. Он кивал, слушая своих собеседников. В следующий миг он поднял глаза и посмотрел на Изабель. Девушка моментально зарделась и спряталась за веером, укоряя себя за то, что ее застали за разглядыванием мужчин.
Мсье де Мелуаза ей описывали не раз, поэтому ошибки быть не могло. Он улыбнулся ей и перенес внимание на собеседника, который, судя по выражению лица и жестам, говорил о чем-то весьма серьезном.