– Я пришел, – зайдя за моленную, оповестил Лий, чтобы Юй не напугалась его неожиданного прихода.
Заклинатель знал, что ходит чрезмерно тихо, слишком незаметно, потому старался не забывать говорить о своем приходе, хотя не всегда в суматохе вспоминал.
– Долго ты, конечно, Яо, – девушка нашлась за столом.
Юй, облокотившись о стол, медленно от скуки перекатывала по нему апельсин из стороны в сторону. Лий подошел к ней, присев рядом и отложив покупки.
– Я еще встретил торговца, ну, Ма Цзю, – речь шла о том самом человеке, который принес им фруктов день назад, – Он согласился довезти нас до города, – странник говорил с улыбкой на лице.
Юй пусть и видела Лия постоянно, но улыбка на его лице появлялась до того редко, что девушка искренне удивлялась каждый раз, когда видела ее. Она забыла вовремя ответить и отвести взгляд, потому Лий усмехнулся ее реакции, и наклонившись, достал один из плащей, чтобы показать.
– Таких два купил, но это только чтобы мы по дороге в город не замерзли.
Девушка наконец отвела взгляд и кое-что вспомнила:
– У нас в прошлом году было что-то похожее.
– Да, только мы потом отдали вещи в деревню.
Лий лишь пожал плечами и положил плащ обратно. Он уже привык отдавать и получать. Похоже, в их деревне стало так принято. Заклинатель ничуть не был против делиться всем, чем только можно, но брать пока ему было неловко. Может, в будущем он привык бы к этому круговороту во всей полноте.
Будь у Лия такая возможность, он бы отдал всего себя, чтобы помочь людям. Но даже если бы та появилась бы, его остановила бы Юй, оставлять которую Лий ни за что не желал. Этот огонек появился в его жизни, и зажег его, вселил веру в себя, людей и мир. И пусть взгляды на все у странника оставались собственными, он смог полюбить людей и жизнь, возможно, даже слишком.
Как заметил бы учитель: «Из крайности в крайность.» И Лий бы более чем с ним согласился. Золотую середину все еще никак не получалось найти, возможно, ее и не существовало, ведь в мире субъективно все, когда им управляют люди, у которых взгляды даже на обыденные вещи разнятся.
–
Утро началось суматошно, но к плохому концу не привело. Ма Цзю ждал попутчиков у храма, а те собирались уже выходить к нему. Лошадь с телегой нельзя было долго держать на одном месте в холод, и все это понимали, потому спустя четыре фэня были готовы ехать.
Город находился не так далеко. Дорога туда составляла всего ши. Во время поездки торговец вновь стал о чем-то рассказывать, потом спрашивать, но Лия к тому времени укачало, и он заснул, случайно облокотившись на Юй. Та, впрочем, против не была. Но девушке пришлось один на один разговаривать с Ма Цзю, который, похоже, был болтливее ее самой, из-за чего она стала со временем уставать от нескончаемых слов, смысл которых стал теряться в голове.
– Мы, кстати, уже подъезжаем! Даже дома видно!
Юй выдохнула, мечтая о покое. Она могла позавидовать Лию, что тому не пришлось на протяжении ши слушать болтовню. Хотя теперь она относительно понимала, как было заклинателю, когда она бесконечно выводила его на беседу, пока они были вместе. И тогда возникал вопрос: «Почему странник ничего не сказал против?» Но Юй на него ответила бы очень примитивно: «Из вежливости.» И ответ этот, верно, был бы неправильным.
Девушка осторожно склонила голову к Лию и чуть толкнула его в плечо. Во сне заклинатель выглядел тревожным, что Юй часто замечала, но, когда спрашивала, что тому снится, он отмахивался, говоря: «Ничего.» Может, то и было правдой. Но вот, что точно Юй знала, так это то, что во время медитации со странником происходили явно странные вещи, о которых тот умалчивал. Но она никогда об этом и не спрашивала, считая, что Лий сам когда-нибудь все расскажет.
– А даочжан медитирует, что ли? Он, кажется, за всю дорогу и слова не обронил, так?
– Да… Медитирует, – рассеяно ответила Юй.
Она еще раз толкнула заклинателя в плечо, тот резко вздрогнул и испуганно заметался глазами по сторонам, но затронув взглядом Юй, замер. Проведя рукой по лицу, он спросил:
– Мы уже в городе? – голос был слегка хриплым.
Ответил Ма Цзю:
– Да-да, даочжан, мы почти там!
Лий рвано кивнул, не осознавая, что его реакции торговцу не будет видно.
Вскоре повозка остановилась, и Юй с Лием вышли, поблагодарив торговца. Тот все же делал очень многое для них. Он часто носил еду, подвозил, куда нужно без лишних вопросов, обращался по-доброму. Не человек, а, ей богу, воплощение добродетели! Столько добра делает почти незнакомым людям. Да и слухи про Ма Цзю ходили исключительно хорошие, как и про его сына, Ма Цзылэ. Яблоко от яблони недалеко падает.