И внешность Мин Ци вполне указывала на ее статус. На вид ей было более сорока, прямая спиная, ровная и чёткая походка, строгий взгляд и чуть поджатые губы в напряжении, небольшие складки от постоянно хмурых бровей меж ними.
Стоило отметить, что её сын, являющийся Императором, был достаточно поход на неё. У него был такой же строгий взгляд и чуть поджарые губы.
В распахнулись двери, находящиеся напротив главы Люмин, и в залу ввели двоих. Кто-то сразу ахнул, кто-то вздохнул, но большенство оставались стоять с серьёзными лицами.
Шу Лижень отошёл ещё дальше к стене, как будто боясь быть замеченым. Он ощупывал пальцами резьбу на ножнах, делая вид, что это более интересное занятие, чем наблюдения за ходом суда.
И пусть он старался выглядеть отрешенным и невозмутимым, сердце бешено колотилось в где-то в горле.
Лия и Юй вывели прямо на середину залы. Суд должен был происходить на деле только над странником, по почему-то сразу решили убить двух зайцев одним выстрелом. Наверно, это решение было правильным, но опрометчивым.
Мин Ци странно покосилась взглядом в сторону Юй, но тут же отвела его и громко проговорила, сопровождаемая эхом:
— Ши Лий, ученик почившего главы клана Хонхэ, Хэ Жиншуи, обвиняется в побеге, сокрытии личности в течении трёх с половиной лет, связи с демоном, Хозяином Леса, и, возможно, убийстве своего учителя.
Шу Лижень, услышавший последнее поперхнулся и уставился в спину дяди, который в это время стоял, выпрямив спину и сложив руки за ней. Странно, но через фэнь, когда эхо оборвалось, молодой человек почувствовал на себе пристальный взгляд Хэ Жаня.
Все ясно в Хонхэ понимали, что единственным, кто может сказать правду будет Шу Лижень, но даже Хэ Лян почему-то не боялся брать его с собой, видать, думал, что достаточно запугал приёмного сына, чтобы тот и слова поперёк сказать не смог.
Но тут же Хэ Жань чуть выгнул бровь в немом вопросе, а молодой человек, потупившись, коротко, едва ли заметно кивнул.
И, похоже, старейшина Жань хотел выступить с протестом, но вперёд него заговорил Лин Цинфэн:
— Уважаемая глава Люмин, Мин Ци, хочу добавить, что эти же молодые люди проникли в клан Жолин с полутора года назад и забрали два лекарства из хранилища. Первое — ценная разработка Лин Фэя, второе — то, которое мы поставляли в Хонхэ для уважаемого Хэ Жиншуи.
У Лия сперло дыхание. Как будто чья-то сильная рука легла на его шею и тут же перекрыла кислород. Ладно, с обвинениями Лин Цинфэна ещё можно было бы полностью согласиться, если бы то самое лекарство для «уважаемого Хэ Жиншуи» не оказалось на полке с ядами! А слова Мин Ци про убийство! Он, конечно, ожидал, что на него свесят всё, что только можно, но чтобы настолько нагло врать при всех?! И не удивительно, если всему этому поспособствовал Хэ Лян!
Мин Ци обвела взглядом залу, ожидая, что выскажется кто-то ещё. Хэ Жань уловил момент и сделал шаг вперёд. Всё же его должны были хотя бы услышать:
— Прошу прощения, глава Люмин, я хочу выступить против обвинений в убийстве.
Мин Ци ничуть не изменилась в лице и кивнула, тогда мечник продолжил:
— По первым словам временно исполняющего обязанности главы клана Хонхэ, Хэ Ляна, Хэ Жиншуи и как раз Ши Лия в поездке на день рождения Его Величества убил демон.
Голос подал сам Император:
— Тогда на празднество клан Хонхэ прибыть не соизволил.
Не понятно, хотел ли он высказаться в защиту или в обвинение, но Мин Ци странно глянула в его сторону. И они встретились взглядами.
— Приминаю, — заключила глава Люмин, — есть ли доказательства, записи?
Хэ Жань чуть напрягся.
— В архиве Хонхэ должна лежать бумага, на которой записан весь тот совет старейшин.
Мин Ци кивнула. Но тут же к Хэ Жаню подступил Хэ Лян:
— Мои слова ничего не доказывают. Вдруг Ши Лий был в сговоре с тем самым демоном, которым и был Хозяин Леса?
Юй, до того замерешвая на месте, таращась в пол, резко подняла голову.
— Серьёзно!? — невольно воскликнула она, обратившись к Хэ Ляну.
Глава Люмин свела брови над переносицей и проговорила:
— Обвиняемым слова не давали.
Лий напрягся. Кажется, он находился уже не здесь, а где-то очень далеко. Под ногами давно пропала земля. Но сейчас ему очень захотелось схватить за руку Юй, лишь бы та не наломала дров. Но сделать этого он не мог, ведь даже не имел представления, с какой стороны она находится.
— А ты, Мин Ци, веришь этому?! Этому всему?! У тебя со смертью братца, как и у него крыша поехала?