Первая ступень, вторая... Так лестница зависла в воздухе, окончившись. Странник вмиг понял, что происходит. Звон колокола до сих пор бил по ушам, шёл лёгкий дождь....
Нет, он не хотел туда. На самом деле он никогда не хотел туда. С чего Боги решили, что он достоин этого? Почему? Столько лет великие мастера старались достичь Небес, а теперь на них попал какой-то мальчишка, который ничего не добился собственными силами? Который только и мог, что заучивать умные фразочки великих людей? Которого случайно взял глава клана? Которого тот же из безысходности одарил меткой? Которому на всём пути помогал демон? Что за бред?!
Лий отшагнул от ворот, но те внезапно распахнулись, и снова стал виден рыжий карп. Он взметнулся и, махнув хвостом, поплыл прямо к раскрытым воротам и проплыл сквозь них, обернувшись драконом, который сделал всего круг вокруг Ши Лия и помчался наверх лестницы.
В тот же миг ворота закрылись.
Ши Лий остался стоять на месте. Его крупно застряло, и слезы как-то сами хлынули по щекам.
Перед глазами пролетела вся его недолгая жизнь, которой он никогда не мог похвастаться. С самого детства он не мог быть простым ребёнком, потом и вовсе смирился и стал изображать из себя взрослого. Каждое слово, каждое движение — всё должно было быть лучше, чем у других. Без исключения. Только так его могли полюбить.
А потом... Потом совершенно потерянный и безобразный образ кто-то принял. И притворяться больше не было нужды.
Так почему всё сейчас должно вернуться вспять? Почему он снова должен стать кем-то, но не собой? Зачем ему быть небожителем, если он не сможет поддерживать этот неприкосновенный и чистый образ?
Вся эта ответственность — такая глупость. Он изначально не должен был быть ни высокопоставленным чиновником, ни заклинателем, ни главой клана - никем из них.
Ши Лий вытер лицо руками и посмотрел на лестницу. У него не было другого выбора: либо он останется в этой пустоте, либо поднимется в другую, где его ждут.
Странник ступил к воротам и потянул на себя одну из створок, голова заболела от непрекращающегося звона колокола. Ставня поддалась ему и отворилась.
Первая ступень, вторая. Стало тяжелее, будто на плечи упала жизнь, простая, человеческая. Третья, четвертая. Камень ступень стал выше, скоро пришлось бы карабкаться. Пятая, шестая. Ещё выше. Седьмая. Пришлось схватиться за край руками и запрыгнуть наверх. Выпрямившись, Лий чуть пошатнулся и почти оступился. Восьмая, девятая. Что-то упорно начало тянуть назад, стало только тяжелее. Десятая, одиннадцатая. Резко ступени стали короткими и низкими. Двенадцатая. Почему она не последняя? И тринадцатая. На плечи помимо жизни свалилась и смерть, страшная и неприкаянная. Ши Лий чуть не свалился назад, но позади уже не оказалось пропасти.
Колокол перестал бить.
Перед Ши Лием предстал Аньнин. Странник сразу узнал Четвертого Бога по белым одеждам и волосам. Его появление совсем не вызвало восторга, все чувства будто снова притупились…
Аньнин слабо улыбнулся. Улыбка его выглядела притворно радостной и неживой.
— Добро пожаловать! – Голос показался знакомым.
Странник нахмурился. Кто бы мог подумать, что он когда-то, как и в детской мечте, окажется на Небесах, и перед ним будет стоять сам Аньнин? Если бы ему это сказали кэ назад, он бы не поверил. Может, этого и нет на самом деле? Вдруг он просто сошел с ума от всего, что с ним произошло в этом месяце?
Ши Лий посмотрел прямо в пугающие черные глаза Бога. Улыбка резко пропала с лица того.
— Почему глаза серые?.. – Пробормотал он.
Ши Лий, расслышавший его, озадачился.
Аньнин потер собственные глаза и хотел было что-то еще сказать, как позади появилась фигура в свободных зеленых одеждах. Пшеничные волосы молодого человека спускались по плечам. Его лицо имело правильные черты, а карие глаза были ясными.
Странник чуть не подавился воздухом. Он оторопело попятился, но что-то невидимое остановило его. Аньнин же, даже не обернувшись на пришедшего, невесело заулыбался.
— Не ожидал Вашего прихода…
Ши Лий заметался глазами по Бай Гуану, не понимая тот ли это человек, которого он встретил недавно. Дыхание сперло от осознания. Неужели к ним в тот день заявился сам Цианшижи? Молодой человек ведь ему тогда столько наговорил…
— Знал бы ты, Аньнин, что натворил, — Цианшижи положил руку на плечо Четвертого Бога, и тот вздрогнул.
— Я знаю, что сделал. Видите, как вы и говорили, я нашел себе замену! – Он, сощурившись, оглянулся на Всевышнего.
— Да, — неожиданно подтвердил тот, — Ты намеренно разрушил несколько судеб, подверг опасности Царство людей, ускорив события. И ты доволен тем, что сделал?