– О-о! Сяо Юй! Сколько лет, сколько зим! – она кинулась с объятьями к демону.
Лий молча наблюдал за ними, пока они радостно приветствовали друг друга словно родные. Заклинатель получил укол печали, вспоминая пангуо, изображающую брата, зовущего его с собой домой.
Женщина положила руки на плечи Юй, поднимая к ней голову из-за разницы в росте.
– А кто это с тобой, Сяо Юй? – она переметнула взгляд на Лия. – Спутника к нам своего привела? – заметив цветок в волосах заклинателя, она по-доброму усмехнулась.
Юй хотела представить Лия, но тот успел сделать это первее.
– Я Ли Яо, бродячий заклинатель, – он поклонился.
По лицу женщины можно было отметить, что та оценила его вежливость.
– Вы верно к Чжанфу Ли, – Лий понял, что перед ним как раз жена лекаря, – Так вот разочарую вас! – неожиданно воскликнула она.
Лий напрягся, а Юй встревожилась:
– Что случилось?
Женщина притворно шмыгнула носом, изображая печаль и слезы.
– Так Чжанфу Лин решил умереть! Решил, что жизнь у него ни одна и яда напился! Кто, кто, а я точно его не спасу! И он себя уже не спасет! Умер, понимаете?! Обезумел! – взревела она, хватаясь за Юй.
Лий застыл, ошарашенный этой новостью, он переглянулся с демоном, который смотрел на него широко открытыми глазами и полным испуга лицом.
– Циньайдэ! – донесся голос из хижины, от которого по спине Лия пробежали мурашки. – Хватит чушь городить! Я жив!
– Молчи! Не трать силы на разговоры! Вдруг у нас еще получится втроем тебя спасти!
Дверь открылась, и к ним вышел высокий статный мужчина лет так тридцати пяти. Только увидев его, Лий застыл словно статуя Божества, его конечности онемели, а сердце бешено забилось. Он мгновенно узнал фигуру «лекаря» в зеленых клановых одеждах клана Жолин.
–
Спустя час Мэйли все же смог унять истерику под успокаиванием Дана. Последний сидел на кровати на кровати с Мэйли, на улице стояла середина ночи. Взгляд старшего был пустым и безжизненным. Облокотившись о стену, он тупо смотрел в стену перед собой.
– Шиди, иди спи, – бесцветно сказал он, чувствуя, как засохшие слезы стягиваю кожу щек.
Ву Дан стал бояться за Мэйли, видя состояние того. Кто знал, что мог с собой сделать шисюн, пока он спит? Дан еще даже не совсем понял, что произошло в купальне, но имел не лучшую картину в голове.
Не услышав ответа и не увидев никаких действий, адепт Фэй повернул голову к шиди. Его до сих пор пробивала дрожь, а действия выглядели странно, будто кто-то другой управляет им, как куклой. Дана это пугало.
– Шиди, иди спи, – повторил Мэйли. – Тебе нужно спать.
Младший боязливо мотнул головой в знак отрицания.
– Я не хочу спать. Я хочу посидеть с тобой, шисюн.
Мэйли вздохнул.
– Как хочешь, – он потянулся, чтобы по привычке дать Дану щелбана, но остановился и лишь тихо произнес: – Дурак.
Младший уже зажмурился, ожидая, что ему прилетит, но, когда этого не произошло, он вопросительно посмотрел на Мэйли. Тот отмахнулся, не желая чего-либо объяснять.
Они просидели в тишине так еще некоторое время. Дан стал постепенно засыпать, но его прервал голос Мэйли:
– Шиди, я хочу убить его, – с пустым взглядом в стену тихо, но твердо произнес он.
Младший очнулся ото сна, снова заходясь тревогой о старшем.
– Понимаешь, шиди, я хочу убить его, – вновь повторил Мэйли, – Пожалуйста, не дай мне этого сделать, – из его глаз снова потекли слезы.
Сердце Дана быстро забилось. Он вновь обнял старшего, не зная, что еще может сделать.
– Пожалуйста… Не дай мне этого сделать.
– Хорошо.
Ближе к утру оба все же заснули.
–
Чжанфу – обращение к мужу. Часто в сочетании с фамилией.
Циньайдэ – любимая, дорогая, милая.
Сяо и имя – означает что-то вроде «милый».
1 Том. Глава 7. Взгляни в отражение, ты увидишь другого. Часть 3.
Лекарь с непониманием осмотрел всех и остановился на Лие, при чем нахмурился. Он шагнул ближе к молодому человеку, пока попутно спрашивал:
– Сяо Юй, ты как пангуо от озера оттащила, так еще и за барьер завела? Или что за существо вообще ты привела, а? – с подозрением обратился он к Юй.
Что лекарь, что Лий узнали друг друга. Заклинатель ясно понимал, что перед ним прославленный старейшина клана Жолин, а Лин Фэй в свою очередь хоть и сомневался, но все равно чувствовал, что перед ним Лий, человек, который мертв уже два года.